«Не просто исполнитель, а арт-директор своей работы»: почему ИИ никогда не заменит профессию иллюстратора
Но заменит плохих иллюстраторов
Кажется, только ленивый не говорил в последнее время о том, что иллюстраторы скоро будут не нужны — их, дескать, уже легко могут заменить нейросети. Сомнительно, но ОК — решили мы и попросили Юлию Блюхер — руководительницу магистратуры «Современная графика и комикс» в Школе дизайна НИУ ВШЭ — развить тему.
Нейросети — новый Adobe
В начале двухтысячных годов креативная индустрия в России открыла для себя фотошоп. Все иллюстраторы, которые к этому моменту закончили художественные училища, академии и прочие престижные учебные заведения (я в их числе), оказались перед необходимостью изучать весь пакет Adobe, чтобы типографии хотя бы элементарно принимали книжные иллюстрации к производству. Весь технологический процесс изменился из-за использования компьютерных программ. Те художники, которые в силу возраста или по другим причинам не смогли перейти на эти рельсы, остались за бортом. Но сама сфера иллюстрации, как вы видите, никуда не исчезла.
Вот и сейчас никакой смерти иллюстратора не предвидится. Мы с коллегами из нашей лаборатории ИИ много обсуждаем уместность машинного обучения в сфере иллюстрации. Я считаю, что искусственный интеллект — это только расширение наших технических возможностей. Крайне неправильная стратегия — вообще никак не работать с нейросетями. И очень правильно пытаться что-то пробовать, изучать варианты взаимодействия, придумывать какие-то свои собственные методы.
Когда мы говорим о том, что искусственный интеллект отнимает работу у иллюстраторов, мы должны понимать, что он отнимает только ту работу и те заказы, которые не связаны с художественными амбициями. Это прежде всего техническая иллюстрация: чертежи, графики, схемы, возможно, какие-то рекламные баннеры, которые пролистываются в Сети очень быстро. Картинки для быстрого решения конкретной коммерческой задачи, а не авторские серии иллюстраций, за которыми стоят долгая работа с материалом и идея.
Работа художника — это вообще очень большой труд. Он связан с формированием того, что мы называем насмотренностью, хорошим вкусом, с пониманием законов композиции и законов работы цвета, того, как зритель считывает эту иллюстрацию. Мы не учим всех студентов рисовать одним и тем же способом. У нас нет отдельных занятий только по акварели, только по карандашу или только по гуаши. По-прежнему ценятся именно собственные смыслы, оптика и видение. Какими инструментами вы при этом пользуетесь — неважно.
Чтобы сделать серию книжных иллюстраций и оформить книгу, нужно проделать большую работу по изучению материала. И эту работу за вас может проделать искусственный интеллект. Но даже элементарно отбирать референсы для этой задачи вы будете сами — если, конечно, рассчитываете на адекватный результат.
Сегодня человек, который хотел бы заниматься иллюстрацией, должен перейти на ступеньку выше: перестать быть исполнителем задачи и стать ее арт-директором. Самому принимать решение о том, как будет выглядеть финальный продукт, что должен нагенерить вам искусственный интеллект. И правильно написать промпт — этому ведь тоже нужно научиться.
Пока большинство сгенерированных изображений легко считываются как «нейросетевой визуал». Есть очень заметный, очень специфический стиль, который мы видим в большинстве работ, созданных искусственным интеллектом. Обычно это очень реалистичные изображения, в которых не хватает шероховатости, текстуры, человеческой несовершенности, которая неизбежно попадает во все наши работы и, возможно, и делает их «живыми».
Если мы возьмем двух разных авторов, иллюстрирующих какую-нибудь «Красную Шапочку», мы увидим, чем оптика одного отличается от другого. Эта оптика — результат личного пути, просмотренных картинок, авторов, которыми вдохновлялся художник. Если человек, работающий с нейросетями, не изучает историю искусства, иллюстрации, законы создания изображения, его насмотренность будет поверхностной. И картинка тоже будет поверхностной.
Разница в том, какие референсы мы скармливаем нейросети. Мы можем загрузить туда Леонардо да Винчи, Врубеля, Шишкина и свои наброски — и получить одно. А можем загрузить десять фотографий и пару кадров из аниме — и получить совсем другое. Выбор остается за человеком.
Сегодня хорошая книга и хороший автор — это новизна композиционных решений, построения кадра, глубины, фокуса внимания. Это вещи, которые напрямую не касаются техники рисования. Если мы хотим получить выразительную линию, как у Мая Митурича, нужно понимать, что эта линия символизирует, зачем она нужна. И тогда возникает вопрос: а надо ли имитировать ее через нейросеть, если можно взять и сделать тушью? Ведь радость от процесса закладывается в работу. И зритель это чувствует. Опять же, несовершенство — это признак человечности.
«Мы не хотим отдавать свою возможность творить»
Есть один важный фактор, который позволяет иллюстраторам с надеждой смотреть в будущее. Несмотря на быстрое развитие технологий, мы очень сопротивляемся. Если вы обратите внимание, сейчас в иллюстрации и вообще искусстве очень много несовершенства: кривых, наивных работ, работ с торчащими нитками, ручных коллажей, текстильных работ.
Мы не хотим отдавать свою возможность творить. Когда работаешь с материалом вживую, сталкиваешься с трудностями — и через них растешь. В книжной иллюстрации искусство по-прежнему будет создаваться человеком и для человека. И стремление к ручному исполнению станет более люксовым продуктом. Когда мы говорим о детской книге, это особенно важно. И рынок уже сейчас показывает откат: многие бренды, анимационные студии, даже такие огромные, как Disney, возвращают ручные техники.
Нейросети давно стали частью учебного процесса и используются в том числе при работе над дипломами. Мы учим студентов делать генерации. Это очень помогает, например, работать с концептами. С помощью генерации мы можем сразу создавать 3D-концепты и переводить их в модели для 3D-печати. Поэтому автору уже не обязательно самому осваивать 3D-программы или обращаться к специалисту. Но понимание объема и того, как модель будет выглядеть в разных материалах, всё равно необходимо.
Как использовать нейросети в иллюстрации и не облажаться
В Школе дизайна НИУ ВШЭ у нас есть отдельные дисциплины по знакомству с нейросетями. Это технические дисциплины: как писать промпты, как делать композиции, как устроена база. В моей работе со студентами это прежде всего проверка гипотез и работа с концептами.
Например, придумали мы фигурки, статуэтки, мерч. Если раньше нужно было искать мокапы для их визуализации, то сегодня мы можем просто сгенерировать их. А дальше уже человек, который сталкивался с производственным процессом, оценит, насколько это реализуемо.
У нас есть программы дополнительного образования для тех, кто хочет войти в профессию и попробовать себя в иллюстрации. Мы учим думать сериями изображений, целыми историями, где важна последовательность, узнаваемость героев, единый стиль. Ведь не каждый художник хочет рисовать вручную. Есть люди, которым интересно работать в цифре и развивать этот медиум.
В 2026 году в Школе дизайна запустилась программа по нейросетям, куда пришли люди с разным уровнем подготовки. И на выходе мы получили очень много сильных проектов именно с концептуальной точки зрения. Да, возможно, это случайный успех студентов. Но этот успех помогает понять: даже если пока не хватает технических навыков, нейросеть позволяет реализовать классную идею. А придумать — это ведь тоже мастерство.
Мы вообще стараемся развивать личные бренды наших молодых авторов. Для этого и придумали плафторму artz.work: на ней можно заказать понравившуюся картину молодого иллюстратора и распечатать ее в любом формате в виде постера. Мало кто готов покупать Рембранта в оригинале — а в таком формате искусство становится вполне доступным.
Каждый стиль и каждая техника найдут своего зрителя. Но важно не только технически хорошо рисовать — за работой должна стоять идея. Кажется, что сейчас мы гонимся уже не столько за техническим навыком, сколько за классной креативной идеей, которая будет интересно реализована любым возможным способом.
У моей дипломницы есть потрясающий проект про детство. В нем несколько составляющих: серия фотографий, акварели, генерации и текстильные объекты. Серия фотографий — это что-то личное, прямо показывающее чье-то детство. Дальше на основании этих фотографий сделаны акварельные работы. И на основании этих же фотографий сделаны генерации — такие пластиковые, выкрученные на максимум изображения детства, чрезмерно яркого, как его показывают в рекламе.
Когда мы смотрели на этот проект, у нас были фотографии, генерации, акварельные листы — но хотелось еще чего-то. И она придумала, что здесь должны появиться текстильные гобелены. Взяла эти генерации — такие мультяшные, как сейчас снимают новые версии «Чебурашки», «Буратино» и всего остального, — и напечатала их на ткани с помощью широкоформатной печати. Потом из этого сшили текстильные объекты, одеяла-гобелены.
Получилось интересно: мы взяли фотографию, которая когда-то сама спорила с искусством — убьет ли фотография живопись или нет, — потом прогнали ее через нейросеть, получили новый результат, а потом снова вернули его в материальный мир.
То есть изображение, созданное нейросетью, стало материальным объектом, в котором есть ручная работа. И мне кажется, это хороший пример актуализации нейросетей в искусстве — без попытки скрыть, что это сделано нейросетью. Она стала полноценной частью проекта.
И еще очень интересный фильм сняли наши коллеги из «Вышки Онлайн» — документалку про искусственный интеллект. Там прозвучала очень важная мысль: нейросети освобождают наше время. Но вопрос — для чего? Чтобы бесконечно скроллить ленту? Или чтобы художники и иллюстраторы могли быстрее выполнять коммерческие заказы, зарабатывать деньги, а свободное время тратить на творчество?
Потому что творчество — это не та сфера, где ты сразу получаешь результат. Творчество — это борьба, когда ты преодолеваешь себя и через это приходишь к результату. Это длинный путь. И если нейросети действительно смогут освободить нам время для таких вещей — это будет хороший итог.
Обложка: коллаж «Цеха». Фото: © Дарья Маркина; andini1992 / Shutterstock / Fotodom
Реклама. НИУ ВШЭ ИНН 7714030726, erid: 2W5zFFv4Jzm