Редакция
Цеха

Доширак, похороны гедонизма и серпентарий: молодые кураторы — о своих самых странных выставках

«Мои переговоры с компаниями ритуальных услуг не увенчались успехом, пришлось везти бутафорские гробы»

© Фото: Личный архив

О со­вре­мен­ном ис­кус­стве су­ще­ству­ет очень мно­го сте­рео­ти­пов. На­при­мер — что­бы по­нять его, нуж­но обя­за­тель­но про­чи­тать тон­ну слож­ной ли­те­ра­ту­ры с се­рьез­ным ли­цом. Но ино­гда ис­кус­ство — это про­сто ве­се­ло. Ма­ги­стран­ты про­грам­мы Му­зея «Га­раж» и НИУ ВШЭ «Прак­ти­ки ку­ра­тор­ства в со­вре­мен­ном ис­кус­стве» рас­ска­за­ли «Цеху» про свои са­мые стран­ные прак­ти­ки ку­ри­ро­ва­ния. И здесь вы точ­но най­де­те над чем улыб­нуть­ся.




Ис­то­рия моей «стран­ной» ку­ра­тор­ской прак­ти­ки на­ча­лась, ко­гда мне было 23 с панк-треш вы­став­ки «По­хо­ро­ны Ге­до­низ­ма». Я толь­ко за­щи­ти­ла ди­плом по ре­став­ра­ции мас­ля­ной жи­во­пи­си в ВХ­НРЦ им. Гра­ба­ря и МГХ­ПА им. Стро­га­но­ва и от­пра­ви­лась от­ды­хать от се­ми­лет­ней ка­тор­ги в сол­неч­ную сто­ли­цу блат­ной ро­ман­ти­ки Одес­су и по­том в ко­лы­бель древ­не­рус­ской ар­хи­тек­ту­ры — Киев. Пря­мое со­об­ще­ние с Укра­и­ной было за­кры­то, так что един­ствен­ным моим ва­ри­ан­том стал плац­карт­ный ва­гон по­ез­да Москва-Ки­ши­нёв. Ду­хо­та сто­я­ла страш­ная, и я пред­ло­жи­ла сво­ей по­друж­ке-по­пут­чи­це про­ве­сти вре­мя в ва­гоне-ре­сто­ране. Здесь все и на­ча­лось! Каж­дое окно ва­го­на было укра­ше­но по­ло­тен­цем с на­род­ной вы­шив­кой и рас­пе­ча­тан­ны­ми ико­на­ми. По те­ли­ку транс­ли­ро­ва­ли кон­церт Кир­ко­ро­ва, а сам ва­гон был на­пол­нен со­труд­ни­ка­ми ми­ли­ции, раз­ли­ва­ю­щи­ми из-под сто­лов вод­ку. Моим пунк­том на­зна­че­ния было та­и­ров­ское клад­би­ще, я еха­ла на по­хо­ро­ны Лео­ни­да Вой­це­хо­ва — из­вест­но­го одес­ско­го кон­цеп­ту­а­ли­ста, чье ис­кус­ство вдох­нов­ля­ло меня с юно­сти.

Сле­ду­ю­щие две неде­ли моих ка­ни­кул на Укра­ине были не ме­нее сюр­ре­а­ли­стич­ны­ми, ощу­ще­ние стран­но­го удо­воль­ствия от эс­те­тич­но-транс­фор­ми­ру­ю­щей­ся ре­аль­но­сти не по­ки­да­ло меня. От­сю­да и ро­ди­лась идея сде­лать об этом вы­став­ку — «По­хо­ро­ны ге­до­низ­ма».

афиша к выставке «похороны гедонизма»

Вы­став­ка со­сто­я­лась че­рез ме­сяц по­сле мо­е­го воз­вра­ще­ния в рай­оне Ста­рой Бас­ман­ной ули­цы в ста­рин­ном де­ре­вян­ном ам­ба­ре/​​ко­нюшне. Кон­цеп­ция вы­став­ки была иро­нич­на по сво­ей при­ро­де, я пред­ло­жи­ла ху­дож­ни­ка­ми ис­сле­до­вать про­бле­му вы­ми­ра­ю­щей че­ло­веч­но­сти в мире вы­со­ких тех­но­ло­гий. Глав­ным экс­по­на­том вы­став­ки ста­ла мас­штаб­ная ин­стал­ля­ция из гро­бов. Из-за ма­лень­ко­го сро­ка под­го­тов­ки мои пе­ре­го­во­ры с ком­па­ни­я­ми ри­ту­аль­ных услуг не увен­ча­лись успе­хом, при­шлось вез­ти бу­та­фор­ские гро­бы из му­зея Бахру­ши­на. Внут­ри них экс­по­ни­ро­ва­лись ра­бо­ты ху­дож­ни­ков, про­ис­хо­ди­ли пер­фор­ман­сы. В один из гро­бов зри­тель мог за­лезть сам за­крыть­ся и по­смот­реть из­нут­ри ви­део-арт Аб­ра­ма Реб­ро­ва.

В тот год вы­шел но­вый ро­ман Пе­ле­ви­на «iPhuck 10», ко­то­рый кра­соч­но опи­сы­вал ску­ку мос­ков­ских вер­ни­са­жей, и за­кон­сер­ви­ро­ван­ность ин­сти­ту­ци­о­наль­но­го со­об­ще­ства. На «По­хо­ро­нах ге­до­низ­ма» мне хо­те­лось из­бе­жать по­доб­ных ощу­ще­ний у зри­те­лей. Сво­ей за­да­чей я ви­де­ла вер­нуть ис­кус­ству це­ли­тель­ную лег­кость, иро­нию и сво­бо­ду вы­ра­же­ния, пусть даже и глу­по­го. На от­кры­тии вы­сту­па­ли ан­де­гра­унд­ные панк-груп­пы «Плеть», «Ме­сяч­ные» и «Опу­щен­ные», со­сто­я­щие ис­клю­чи­тель­но из ху­дож­ни­ков. К мо­е­му удив­ле­нию, на от­кры­тие ни­ко­му неиз­вест­но­го ку­ра­тор­ско­го экс­пе­ри­мен­та при­шло око­ло 300 че­ло­век, вклю­чая даже ка­ких-то жур­на­ли­стов и кри­ти­ков.

По­след­ний год я как ху­дож­ник и про­дю­сер вме­сте с ре­жис­се­ром Бо­ри­сом Лес­ным ра­бо­таю над про­ек­том эко-опе­ра «Вода», его тоже мож­но от­не­сти к опы­ту «стран­но­го» ку­ри­ро­ва­ния, по­то­му что преж­де все­го для меня это ра­бо­та с кон­тек­стом, и если для его вы­ра­же­ния боль­ше под­хо­дит фор­ма спек­так­ля, а не вы­став­ки, зна­чит я буду де­лать спек­такль. Наша опе­ры со­сто­я­лась в но­вой ГТГ и Му­зее Моск­вы, участ­во­ва­ла на яр­мар­ке со­вре­мен­но­го ис­кус­ства в Сток­голь­ме на su­per­mar­ke­tArt­Fair. В рам­ках Мос­ков­ской меж­ду­на­род­ной би­ен­на­ле мо­ло­до­го ис­кус­ства в бли­жай­шее вре­мя прой­дёт в Баш­мет цен­тре и в МАММ

Два с по­ло­ви­ной года на­зад мы с дру­гом ос­но­ва­ли в Тве­ри куль­тур­ный про­ект «Рель­сы»: еже­не­дель­но про­во­ди­ли лек­ции и ки­но­по­ка­зы, устра­и­ва­ли фе­сти­ва­ли и вы­став­ки. Ко­гда мы на­ко­нец арен­до­ва­ли соб­ствен­ное про­стран­ство для цен­тра со­вре­мен­ной куль­ту­ры, ста­ло по­нят­но, что вы­ста­воч­ные про­ек­ты ста­нут важ­ной ча­стью ра­бо­ты «Рель­сов».

В ре­ги­о­нах ауди­то­рия непод­го­тов­лен­ная — ка­зать­ся стран­ным ей мо­жет по­чти всё. На­шим спор­ным про­ек­том была вы­став­ка вьет­нам­ско­го ху­дож­ни­ка Рус­ла­на Ву, ко­то­рую мы ор­га­ни­зо­ва­ли в са­мом ту­со­вом кафе го­ро­да. У нас было 32 кол­ла­жа, сде­лан­ных ху­дож­ни­ком из стра­ниц тол­стых глян­це­вых жур­на­лов и эти­ке­ток лап­ши «До­ши­рак», ко­то­рые Ву со­би­рал несколь­ко лет. Се­рия кол­ла­жей ста­ла ом­ма­жем к ра­бо­те Энди Уо­р­хо­ла «32 бан­ки супа Кэм­п­белл» — гим­ну по­тре­би­тель­ской эпо­хи. Нам с ху­дож­ни­ком хо­те­лось до­ве­сти са­ти­ру, за­ло­жен­ную в кол­ла­жах, до аб­сур­да, и сде­лать са­мих по­се­ти­те­лей объ­ек­та­ми вы­став­ки. План ку­ра­то­ра и ху­дож­ни­ка со­сто­ял в сле­ду­ю­щем: при­гла­сить го­стей на свет­ский ве­чер-пре­зен­та­цию вы­став­ки и пред­ло­жить им глав­ное уго­ще­ние ве­че­ра — лап­шу быст­ро­го при­го­тов­ле­ния. Ста­нет ли эле­гант­ная пуб­ли­ка за­ку­сы­вать иг­ри­стое «До­ши­ра­ком», во­пло­щая в жизнь идеи о неве­ро­ят­ной бли­зо­сти люк­са и ни­ще­брод­ства? Ка­кие эмо­ции она при этом ис­пы­та­ет и смо­жет ли сама про­ве­сти па­рал­ле­ли меж­ду сво­и­ми дей­стви­я­ми и ра­бо­та­ми, раз­ве­шан­ны­ми на сте­нах? Пар­ти­ци­па­тор­ные прак­ти­ки (ко­гда зри­тель ста­но­вит­ся ак­тив­ным со­участ­ни­ком куль­тур­но­го про­цес­са) с едой не новы: в 60-х груп­па ху­дож­ни­ков «Флюк­сус» на­ре­за­ли с по­се­ти­те­ля­ми му­зея са­лат, а в 2015-м Ри­ркрит Ти­ра­ва­нии кор­мил по­си­те­ти­лей Му­зея «Га­раж» пель­ме­ня­ми.

Но вряд ли ря­до­вой по­се­ти­тель на­шей вы­став­ки по­нял, что арт-объ­ек­том на вы­став­ке Рус­ла­на Ву ста­ли не толь­ко 32 кол­ла­жа — плос­ких, бле­стя­щих, вы­сту­па­ю­щих из ма­то­вой чер­но­ты ли­ста, со­че­та­ю­щих то, что ни­ко­гда не со­че­та­ет­ся в ма­те­ри­аль­ном мире; но и хэп­пе­нинг с по­еда­ни­ем лап­ши, участ­ни­ка­ми ко­то­ро­го ста­ли го­сти. И им по­нра­ви­лось.

В «Га­раж» меня за­нес­ло по­сле фил­фа­ка — в ка­кой-то мо­мент ста­ло тес­но в рам­ках фи­ло­ло­ги­че­ско­го зна­ния, ко­то­рое под­ра­зу­ме­ва­ет очень лич­ное, ин­тим­ное и вме­сте с тем оди­но­кое по­гру­же­ние в текст. Не хва­та­ло в первую оче­редь ко­опе­ра­ции с дру­ги­ми людь­ми — так слу­чи­лись две вы­став­ки Маши Бо­го­раз в ро­стов­ском арт-цен­тре MAKARONKA, ко­то­рые мы ку­ри­ро­ва­ли вме­сте с Лей­ли Асла­но­вой. С ней и Май­ей Несте­рен­ко мы ос­но­ва­ли ла­бо­ра­то­рию «Сер­пен­та­рий», объ­еди­нив­шую мо­ло­дых ро­стов­ских ху­дож­ни­ков. Зна­ком­ство с ней ста­ло свое­об­раз­ным толч­ком: ка­жет­ся, имен­но она пер­вой узна­ла о моем же­ла­нии по­сту­пить на про­грам­му в «Га­раж» — и пер­вой под­дер­жа­ла в этой, как мне ка­за­лось, аван­тю­ре. Ка­ран­тин под­пор­тил наши пла­ны: несколь­ко ме­ся­цев на­зад мы пла­ни­ро­ва­ли от­крыть в книж­ном ма­га­зине «В по­ряд­ке» вы­став­ку «Сло­ва и вещи», по­свя­щен­ную кни­ге-аль­бо­му-жур­на­лу как ме­ди­у­му, но по по­нят­ным при­чи­нам вы­став­ка была пе­ре­не­се­на.

В по­след­нее вре­мя идеи для вы­ста­вок при­хо­дят ото­всю­ду: от ко­па­ния в ар­хив­ных ма­те­ри­а­лах, чте­ния, по­сто­ян­но­го про­смот­ра ра­бот ху­дож­ни­ков и до­ку­мен­та­ций вы­ста­вок. Од­ним из та­ких сю­же­тов мы за­ни­ма­ем­ся вме­сте с Ду­ней Франк­ш­тейн: го­то­вим вы­став­ку «Цве­ту­щий мох» о Хель­му­те Лу­чин­ском, со­вет­ском брио­ло­ге, чей био­ло­ги­че­ский ат­лас мы недав­но на­шли — сво­е­го рода про­ект-ре­кон­струк­ция, в ко­то­ром мы по кру­пи­цам вос­ста­нав­ли­ва­ем его спор­ные на­уч­ные изыс­ка­ния.


Все са­мое важ­ное и ин­те­рес­ное со­би­ра­ем в на­шем Face­book