10 московских спектаклей, на которые очень сложно достать билеты, — но мы знаем, как это сделать

Би­ле­ты на май­скую пре­мье­ру «Гам­ле­та» в МХТ им. Че­хо­ва с Юрой Бо­ри­со­вым раз­ле­те­лись, ка­жет­ся, быст­рее, чем на «Щел­кун­чи­ка» в Боль­шом. Мы по­до­ждем, пока ажи­о­таж по­утих­нет и спек­такль об­ка­та­ет­ся, а пока рас­ска­жем о дру­гих де­фи­цит­ных те­ат­раль­ных по­ста­нов­ках. В кон­це — ин­струк­ция, как все-таки на них по­пасть.

1. «Ка­ба­ла свя­тош», МХТ им. Че­хо­ва

©

Александра Торгушникова / МХТ им. Чехова

---

Здесь со­шлись две ве­ли­чи­ны, ко­то­рые со­бра­ли бы ан­шла­ги и по оди­ноч­ке, но в паре про­из­ве­ли ре­аль­но раз­рыв­ной эф­фект. Итак, встре­чай­те: Кон­стан­тин Ха­бен­ский иг­ра­ет Мо­лье­ра — тон­ко­го, нерв­но­го, уяз­ви­мо­го. А Ни­ко­лай Цис­ка­рид­зе (в афи­ше ука­зан под псев­до­ни­мом Мак­сим Ни­ко­ла­ев) — Лю­до­ви­ка XIV. Не про­сто ко­ро­ля, а во­пло­ще­ние са­мой Фран­ции — гра­ци­оз­ной, пла­стич­ной и опас­ной од­но­вре­мен­но.

Ре­жис­сер Юрий Квят­ков­ский не дает сво­им ге­ро­ям «до­пол­нять» друг дру­га. Они су­ще­ству­ют ря­дом, но как бы во­пре­ки — бук­валь­но элек­три­зуя про­стран­ство меж­ду со­бой. Ха­бен­ский иг­ра­ет че­ло­ве­ка, ко­то­рый зна­ет: сво­бо­да — это риск. Цис­ка­рид­зе тан­цу­ет власть, ко­то­рая не зна­ет пре­град. Сце­ны с зер­ка­ла­ми, где ко­роль усколь­за­ет от взгля­да пре­да­те­ля, — на­сто­я­щее те­ат­раль­ное вол­шеб­ство. А фи­нал, ко­гда ге­рои про­сят друг у дру­га про­ще­ния, — чи­стой воды ка­тар­сис. Вы­хо­дишь из зала пол­но­стью оша­ра­шен­ным и хо­чет­ся сно­ва встать в оче­редь за би­ле­та­ми.

2. «Жир­ная Люба», те­атр Ша­лом

©

театр «Шалом»

---

На­зва­ние об­ман­чи­во. Это не эпа­таж, не ко­ме­дия, и не фем-ис­то­рия. На сцене — худрук те­ат­ра Олег Ли­по­вец­кий. Один. Без кол­лег, по­чти без де­ко­ра­ций. И он бук­валь­но дер­жит зри­те­лей за жаб­ры, про­сто рас­ска­зы­вая свою лич­ную ис­то­рию. О ма­лень­ком ев­рей­ском маль­чи­ке, ко­то­рый про­сто хо­тел быть как все. О дет­ском саде, о пер­вой люб­ви, о ба­буш­ке, о бул­лин­ге и слож­но­стях взрос­ле­ния.

Зри­те­ли пла­чут. Не от жа­ло­сти — от про­жи­ва­ния и узна­ва­ния. По­то­му что Ли­по­вец­кий го­во­рит не «о себе», а «о нас». О том, как мы были тол­сты­ми, нелов­ки­ми, от­верг­ну­ты­ми. О том, как ис­ка­ли свое ме­сто в жиз­ни — и как слож­но его было най­ти.

Спек­такль идет в ка­мер­ном зале, и этот фор­мат пре­вра­ща­ет дей­ствие в ис­по­ведь, на ко­то­рой ты при­сут­ству­ешь лич­но. Ну или в се­анс груп­по­вой пси­хо­те­ра­пии, ко­то­рую все мы ре­аль­но за­слу­жи­ли.

3. «Мой брат умер», Те­атр На­ций

©

Театр Наций

---

По­след­ний свой сце­на­рий ки­но­ре­жис­сер Алек­сей Ба­ла­ба­нов за­кон­чил за три дня до смер­ти. Его кол­ле­га, те­ат­раль­ный ре­жис­сер Мак­сим Со­ко­лов пре­вра­тил этот текст в пер­фор­ма­тив­ную чит­ку в рам­ках про­ек­та «Слой». Ис­то­рия на раз­рыв: на сцене два бра­та, но один — жи­вой, толь­ко сле­пой. А дру­гой — мерт­вый, жи­ву­щий в го­ло­ве у пер­во­го и смот­ря­щий на мир за него.

И, да, это та са­мая все­лен­ная Ба­ла­ба­но­ва: мрач­ная, фан­тас­ма­го­ри­че­ская, с лес­ков­ским язы­ком, би­тым стек­лом и ощу­ще­ни­ем, что ре­аль­ность вот-вот рас­сып­лет­ся. В ро­лях — Сер­гей Вол­ков (один из луч­ших на­ших дра­ма­ти­че­ских ак­те­ров) и Гри­го­рий Ар­те­мен­ко. Но глав­ное здесь не звез­ды, а нерв. Тот са­мый ба­ла­ба­нов­ский нерв, ко­то­рый про­би­ра­ет до му­ра­шек.

4. «Ути­ная охо­та», Те­атр им. Вах­тан­го­ва

©

Валерий Мясников / Театр им. Вахтангова

---

Ре­жис­сер Ас­кар Га­ли­мов уви­дел уже ка­за­лось бы за­ез­жен­ный те­ат­ра­ми текст Вам­пи­ло­ва не как со­вет­скую клас­си­ку, а как ис­то­рию пу­сто­ты. Его Зи­лов — не пья­ни­ца, не ци­ник, не ме­чу­щий­ся ин­тел­ли­гент. Он тень. Он при­сут­ству­ет в соб­ствен­ной жиз­ни, как при­зрак, ко­то­рый уже все зна­ет на­пе­ред и ко­то­ро­му, в це­лом, во­об­ще на все уже на­пле­вать.

На сцене тоже ми­ни­мум от­вле­ка­ю­щих от внут­рен­не­го мира ге­роя эле­мен­тов: го­лые сте­ны, плит­ка, окно-пор­тал. А в фи­на­ле зри­тель не мо­жет по­нять: Зи­лов во­об­ще жив, или то, что мы ви­де­ли — это по­смерт­ное пу­те­ше­ствие? В об­щем, по­ста­нов­ка по­лу­чи­лась не про над­рыв, а про эк­зи­стен­ци­аль­ную тос­ку. Всем нам, так или ина­че зна­ко­мую.

5. «Сын», РАМТ

©

РАМТ

---

Это спек­такль по­кой­но­го Юрия Бу­ту­со­ва, с ко­то­ро­го сме­ло мож­но на­чи­нать зна­ком­ство с твор­че­ством ре­жис­се­ра и с его осо­бым, бук­валь­но оглу­ша­ю­щим, ме­то­дом. Сю­жет в об­щем-то, не слож­ный: в ос­но­ве пье­са Фло­ри­а­на Зел­ле­ра о под­рост­ко­вой де­прес­сии на фоне про­блем в се­мье. Но Бу­ту­сов вы­кру­чи­ва­ет все кон­тра­сты так, что зри­те­ли ры­да­ют уже в пер­вом акте.

Глав­ный при­ем, ко­то­рый взла­мы­ва­ет мозг: под­рост­ка иг­ра­ет взрос­лый ак­тер — Алек­сандр Де­вя­тья­ров. Он вы­гля­дит стар­ше сво­их сце­ни­че­ских ро­ди­те­лей и это очень ме­та­фо­рич­но: от­ре­шен­ный маль­чик как буд­то по­нял что-то, что взрос­лые по­нять так и не смо­гут. Да, хеп­пи-энда тут не бу­дет. Зато вы бу­де­те си­деть в зале, за­та­ив ды­ха­ние, по­то­му что Бу­ту­сов по­ка­зы­ва­ет боль так, что она ста­но­вит­ся фи­зи­че­ски ося­за­е­мой.

6. «Я Сер­гей Об­раз­цов», Те­атр ку­кол им. Об­раз­цо­ва

©

Театр кукол им. Образцова

---

Ав­тор это­го спек­так­ля — внуч­ка ве­ли­ко­го ку­коль­ни­ка Ека­те­ри­на Об­раз­цо­ва, и ее по­ста­нов­ка — не про­сто дань па­мя­ти деду, а спек­такль-пу­те­ше­ствие че­рез весь XX век. На сцене ожи­ва­ют кук­лы Лю­бо­ви Ор­ло­вой, Чар­ли Ча­п­ли­на, Фе­до­ра Ша­ля­пи­на. А за ними — кад­ры ки­но­хро­ни­ки, ри­сун­ки Об­раз­цо­ва, го­лос вре­ме­ни. И по­тря­са­ю­щий Ев­ге­ний Цы­га­нов — в роли са­мо­го ма­эст­ро.

Спек­такль идет на ос­нов­ной сцене те­ат­ра, но би­ле­ты де­фи­цит­ны, как на лю­бую гром­кую пре­мье­ру. По­то­му что это ред­кий слу­чай, ко­гда ку­коль­ный те­атр го­во­рит со взрос­лым зри­те­лем о судь­бе, ис­кус­стве и стране на рав­ных. И го­во­рит так прон­зи­тель­но, что по­сле фи­на­ла хо­чет­ся идти не в бу­фет, а в му­зей те­ат­ра — что­бы за­дер­жать­ся в этом мире еще хоть на пол­ча­са.

7. «Где ты был так дол­го, чу­вак?», Про­стран­ство «Внут­ри»

©

независимый театральный коллектив «место»

---

Про этот спек­такль по­чти нет ин­фор­ма­ции в от­кры­тых ис­точ­ни­ках. И это часть его ма­гии. Про­стран­ство «Внут­ри» сла­вит­ся ка­мер­но­стью и уме­ни­ем де­лать из каж­до­го по­ка­за со­бы­тие, о ко­то­ром ше­по­том рас­ска­зы­ва­ют в те­ат­раль­ных ку­рил­ках. Зри­те­лей мень­ше, чем ак­те­ров на сцене. Би­ле­ты «ухо­дят» за пер­вые ми­ну­ты по­сле анон­са. По­пасть сюда — зна­чит ока­зать­ся в нуж­ное вре­мя в нуж­ном ме­сте. Или про­сто иметь хо­ро­ше­го зна­ко­мо­го «внут­ри», ко­то­рый по­де­лит­ся кон­тра­мар­кой.

8. «Одна аб­со­лют­но счаст­ли­вая де­рев­ня», Ма­стер­ская Пет­ра Фо­мен­ко

©

Александр Иванишин / Мастерская Петра Фоменко

---

Это­му спек­так­лю уже точ­но лет 20, но каж­дый се­зон на него по­тря­са­ю­щий спрос. Рань­ше би­ле­ты во­об­ще не по­сту­па­ли в про­да­жу: надо было вста­вать в лист ожи­да­ния, ви­сеть в нем пол­го­да или год, а по­том вам зво­ни­ли и пред­ла­га­ли би­ле­ты — на дату, ко­то­рую вы­би­ра­е­те не вы и на ме­ста, ко­то­рые про­сто есть в на­ли­чии. Со­гла­ша­лись все!

Сей­час в про­да­жу би­ле­ты все-таки по­па­да­ют, но раз­ле­та­ют­ся мол­ние­нос­но. А все по­че­му? По­то­му что эта по­ста­нов­ка — гимн ти­хой, де­ре­вен­ской люб­ви дли­ною в жизнь, ко­то­рой нам так не хва­та­ет в XXI веке. Ну и у «фо­ме­нок» осо­бый мир и осо­бый язык, ко­неч­но: там не иг­ра­ют, там про­жи­ва­ют. Мед­лен­но, ще­мя­ще, с той са­мой прон­зи­тель­ной ин­то­на­ци­ей, ко­то­рую невоз­мож­но спу­тать ни с чем.

Это спек­такль-уте­ше­ние. Спек­такль-но­сталь­гия. По­сле него хо­чет­ся ве­рить, что сча­стье воз­мож­но — пусть и где-то в да­ле­кой де­ревне, в про­шлом, в вос­по­ми­на­ни­ях. И имен­но по­это­му на него так слож­но по­пасть. Люди идут во вто­рой, в тре­тий раз, по­то­му что этот спек­такль ста­но­вит­ся лич­ным, по­чти ин­тим­ным пе­ре­жи­ва­ни­ем.

9. «Ма­га­дан/​​Ка­ба­ре», те­атр «Око­ло»

©

Виктор Пушкин / Театр «Около дома Станиславского»

---

Ко­лым­ские ла­ге­ря и эс­те­ти­ка ка­ба­ре — со­че­та­ние, ко­то­рое ка­жет­ся невоз­мож­ным. Но имен­но в этом кон­тра­сте рож­да­ет­ся страш­ная прав­да. Текст, му­зы­ка, пла­сти­ка — тут все всё ра­бо­та­ет на эту ис­ти­ну.

У те­ат­ра «Око­ло» свой, по­чти сек­тант­ский зри­тель, ко­то­рый раз­би­ра­ет би­ле­ты за счи­тан­ные дни. По­то­му что здесь не раз­вле­ка­ют. Здесь про­во­дят об­ряд. И по­сле него ты вы­хо­дишь на ули­цу не в те­ат­раль­ном, а в ка­ком-то дру­гом, из­ме­нен­ном со­сто­я­нии.

10. «Ху­ли­ган. Ис­по­ведь», Гу­берн­ский те­атр

©

Белла Рич / Фонд Сергея Безрукова

---

Сер­гей Без­ру­ков в роли Сер­гея Есе­ни­на — ка­за­лось бы, кого этим мож­но уди­вить? Но все же мож­но, если дей­ствие про­ис­хо­дит на сцене и если пе­ре­во­пло­ще­ние вы ви­ди­те вжи­вую. К тому же этот спек­такль — не со­всем по­хож на ти­пич­ную те­ат­раль­ную по­ста­нов­ку, это ско­рее рок-кон­церт, ис­по­ведь и по­э­ти­че­ский ве­чер в од­ном ме­ро­при­я­тии. Ну и Без­ру­ков все-таки не иг­ра­ет по­эта — он прав­да про­жи­ва­ет его жизнь на сцене. Иде­аль­ный по­да­рок маме или ба­буш­ке на ДР. Или ва­ри­ант для об­ще­го куль­тур­но­го до­су­га с ними — до­воль­ны бу­дут все.

На об­лож­ке: спек­такль «Ка­ба­ла свя­тош». Фото: © Алек­сандра Тор­гуш­ни­ко­ва / МХТ им. Че­хо­ва