1. Жизнь

Вовсе не обязательно быть оригинальным. Что такое креативность с точки зрения китайской философии

Почему мудрость нельзя освоить зубрежкой

© Unsplash

Мы так ча­сто ис­поль­зу­ем сло­во «кре­а­тив­ность», что ино­гда оно ка­жет­ся ли­шен­ным смыс­ла. Да и что это во­об­ще та­кое? Спо­соб­ность со­зда­вать необыч­ное, яр­кое, но­вое? Ки­тай­цы так не счи­та­ют. Пе­ре­ска­зы­ва­ем ста­тью Psy­che о необыч­ном от­но­ше­нии ки­тай­цев к при­ро­де твор­че­ства, сфор­ми­ро­вав­шем­ся еще в III веке до на­шей эры, и о том, по­че­му, со­глас­но этим иде­ям, каж­дый из нас мо­жет быть кре­а­ти­вен.







Твор­че­ство ча­сто ас­со­ци­и­ру­ет­ся с об­ра­зом оди­но­ко­го ге­ния, ко­то­рый не толь­ко пре­успел в том, что он де­ла­ет, но и пре­об­ра­зу­ет сво­им твор­че­ством мир. Если же не огра­ни­чи­вать­ся ро­ман­ти­че­ски­ми или ге­ро­и­че­ски­ми пред­став­ле­ни­я­ми о при­ро­де и цен­но­сти твор­че­ства, то счи­та­ет­ся, что оно долж­но быть, по край­ней мере, на­це­ле­но на но­виз­ну или ори­ги­наль­ность.

Од­на­ко это пред­став­ле­ние о кре­а­тив­но­сти не уни­вер­саль­но. Со­глас­но од­ной из ин­тер­пре­та­ций, кре­а­тив­ность — это стрем­ле­ние не к но­визне или ори­ги­наль­но­сти, а ско­рее — к ин­те­гра­ции, то есть к со­от­вет­ствию той си­ту­а­ции, в ко­то­рой со­вер­ша­ет­ся твор­че­ство. Та­кая идея пред­став­ле­на в древ­нем ки­тай­ском сбор­ни­ке фи­ло­соф­ских притч «Чжу­ан-цзы».

Ис­то­рия ко­лес­но­го ма­сте­ра по име­ни Бянь из гла­вы «Небес­ный путь» этой кни­ги ярко ил­лю­стри­ру­ет та­кой необыч­ный взгляд на твор­че­ство. В этой ко­рот­кой за­ри­сов­ке ко­лес­ник Бянь го­во­рит царю Ху­ань-гуну, чи­та­ю­ще­му кни­гу древ­них муд­ре­цов, что кни­га эта — все­го лишь «ше­лу­ха душ» дав­но умер­ших лю­дей. Рас­сер­жен­ный царь тре­бу­ет от ко­лес­ни­ка, что­бы тот объ­яс­нил­ся. Ма­стер от­ве­ча­ет, что, по край­ней мере, его соб­ствен­ное ре­мес­ло да­ет­ся ему лишь бла­го­да­ря сно­ров­ке, «ка­ко­му-то сек­ре­ту», ко­то­рый нель­зя до кон­ца пе­ре­дать сло­ва­ми. Ко­гда он бьет мо­лот­ком по зу­би­лу слиш­ком лег­ко, зу­би­ло со­скаль­зы­ва­ет. Ко­гда он бьет слиш­ком силь­но, зу­би­ло за­кли­ни­ва­ет. А вот если из­бе­гать и лиш­ней мяг­ко­сти, и лиш­не­го на­по­ра, то­гда руки на­чи­на­ют слу­шать­ся, а серд­це им от­кли­ка­ет­ся, объ­яс­ня­ет Бянь. «Вот по­че­му, про­ра­бо­тав семь де­сят­ков лет и до­жив до глу­бо­кой ста­ро­сти, я все еще ма­сте­рю ко­ле­са. Вот и древ­ние люди, долж­но быть, умер­ли, не рас­крыв сво­е­го сек­ре­та. Вы­хо­дит, чи­та­е­мое го­су­да­рем — это ше­лу­ха душ древ­них муд­ре­цов!» — го­во­рит ма­стер.

Бянь на про­тя­же­нии дол­гих лет ма­сте­рил ко­ле­са, и те­перь его ме­тод ра­бо­ты пред­став­ля­ет со­бой некое це­лое, ко­то­рое нель­зя раз­ло­жить на ал­го­рит­мы. Ему нель­зя на­учить­ся, про­сто сле­дуя ин­струк­ци­ям, пла­ну. Бянь от­кли­ка­ет­ся на тон­кие осо­бен­но­сти де­ре­ва, ин­стру­мен­тов и соб­ствен­но­го тела, что­бы со­зда­вать то, что ему хо­чет­ся.

Жиз­нен­ные со­ве­ты муд­ре­цов — это «ше­лу­ха», если ин­тер­пре­ти­ро­вать их как ин­струк­ции, ко­то­рые мож­но про­сто про­чи­тать и вы­пол­нить

Жизнь го­раз­до слож­нее. Она под­ра­зу­ме­ва­ет спон­тан­ное пе­ре­клю­че­ние меж­ду про­ти­во­ре­чи­вы­ми ве­ща­ми — меж­ду твер­до­стью и мяг­ко­стью, меж­ду зна­ни­я­ми и им­про­ви­за­ци­ей, меж­ду ак­тив­но­стью и пас­сив­но­стью, и даже меж­ду про­дук­тив­но­стью и непро­дук­тив­но­стью — и все это при­ме­ни­мо не толь­ко к из­го­тов­ле­нию ко­лес, но и к чему угод­но еще. Это и есть кре­а­тив­ность.

Бянь кре­а­ти­вен не по­то­му, что он стре­мит­ся к но­визне или ори­ги­наль­но­сти, а по­то­му что он уме­ет ра­бо­тать с чув­ством, от­кли­ка­ясь серд­цем, а его под­ход — что очень важ­но — внут­ренне це­ло­стен. Та­кое ма­стер­ство не осво­ишь зуб­реж­кой — оно при­хо­дит толь­ко че­рез по­сто­ян­ство и им­про­ви­за­цию.

У та­ко­го от­но­ше­ния к кре­а­тив­но­сти есть и дру­гие плю­сы. Во-пер­вых, даже, если бы це­лью кре­а­тив­но­сти была ори­ги­наль­ность, сме­стив с нее ак­цент, мож­но до­бить­ся бо­лее ори­ги­наль­ных ре­зуль­та­тов. Дело в том, что стре­мясь к необыч­но­сти, мы ис­сле­ду­ем толь­ко ти­пич­ные воз­мож­но­сти, ко­то­рые с до­ста­точ­ной ве­ро­ят­но­стью по­мо­гут нам до­стичь ее. Од­на­ко при этом мы упус­ка­ем мно­же­ство ме­нее оче­вид­ных воз­мож­но­стей. Но пред­ставь­те, что, если бы вы при­сту­па­ли к ра­бо­те, не дер­жа в го­ло­ве мысль о том, что кре­а­тив­ность долж­на быть свя­за­на с но­виз­ной. Вам во­все не при­шлось бы пол­но­стью от­ка­зы­вать­ся от ори­ги­наль­но­сти — она бы ста­ла про­сто од­ним из воз­мож­ных ре­зуль­та­тов.

Чем шире бу­дет ваше по­ни­ма­ние кре­а­тив­но­сти, тем лег­че ее бу­дет до­стичь

Во-вто­рых, если мы бу­дем со­сре­до­то­че­ны на идее ин­те­гра­ции, это по­мо­жет нам луч­ше по­ни­мать твор­че­ских лю­дей во вза­и­мо­свя­зи с их окру­же­ни­ем. Это поз­во­ли­ло бы нам рас­ши­рить наше по­ня­тие кре­а­тив­но­сти и по­ка­за­ло бы, что твор­че­ский под­ход необ­хо­дим в го­раз­до боль­шем ко­ли­че­стве жиз­нен­ных си­ту­а­ций, чем мы при­вык­ли ду­мать. В кон­це кон­цов боль­шое ко­ли­че­ство за­ня­тий — от обы­ден­ных до се­рьез­ных — нель­зя осво­ить за­учи­ва­ни­ем, но мож­но — за счет спон­тан­но­сти, в ко­то­рой сли­ва­ют­ся, ин­те­гри­ру­ют­ся про­ти­во­по­лож­ные вещи. Так про­ис­хо­дит и в се­мей­ном об­ще­нии, и в вы­стра­и­ва­нии от­но­ше­ний с кол­ле­га­ми, и в управ­ле­нии фи­нан­са­ми.

Этот аль­тер­на­тив­ный взгляд на кре­а­тив­ность мо­жет по­мочь нам по­нять, что твор­че­ство — это ско­рее фе­но­мен по­все­днев­но­сти, к ко­то­ро­му при­ча­стен каж­дый из нас, неже­ли необык­но­вен­ный та­лант или дар, ко­то­рым на­де­ле­ны лишь немно­гие. А еще эта точ­ка зре­ния мог­ла бы по­мочь осмыс­лить идею твор­че­ской жиз­ни — це­лост­ной и мно­го­сто­рон­ней, про­жи­ва­е­мой спон­тан­но, в ко­то­рой мож­но так со­че­тать кон­тра­сти­ру­ю­щие вещи, что из них вы­стро­ит­ся бо­га­тое и пест­рое це­лое.


Ко­рот­ко и ясно — это про наш Twit­ter