1. Практика

«Люди, травмированные шутками про гуманитариев в Макдоналдсе, решили устроить революцию». История «Гуманитарного бюро»

Экономист Сергей Стеблёв, историк Светлана Яцык и нейроантрополог Пётр Котрелев — о первом в России гуманитарном консалтинге

© Фото: Личный архив

«Гу­ма­ни­тар­ное бюро» — пер­вый в Рос­сии кон­сал­тин­го­вый про­ект, участ­ни­ки ко­то­ро­го про­во­дят гу­ма­ни­тар­ные и со­ци­аль­но-на­уч­ные ис­сле­до­ва­ния на за­каз. Его ос­но­ва­те­ли — эко­но­мист Сер­гей Стеб­лёв, ис­то­рик Свет­ла­на Яцык, со­цио­лог и по­ли­ти­че­ский фи­ло­соф Ар­мен Ара­мян, а так­же ис­то­рик зна­ния и ней­ро­ан­тро­по­лог Пётр Ко­тре­лев. «Цех» по­го­во­рил с Сер­ге­ем, Свет­ла­ной и Пет­ром о том, кому ну­жен гу­ма­ни­тар­ный кон­сал­тинг, где Бюро на­хо­дит за­каз­чи­ков и по­че­му куль­ту­ра зна­ния так всем необ­хо­ди­ма.







— Как вам при­шла идея про­ек­та?

Пётр: В про­шлом году я окон­чил ис­то­ри­че­ский фа­куль­тет МГУ. На про­тя­же­нии всей уче­бы я брал вся­кие гу­ма­ни­тар­ные хал­ту­ры: пи­сал ста­тьи, об­зо­ры на кни­ги, со­би­рал ви­део­хро­ни­ку для до­ку­мен­таль­ных филь­мов, де­лал ма­те­ри­а­лы для «Ар­за­ма­са» и про­ек­та «1917». Та­кой опыт при­вел меня к мыс­ли, что все это мож­но уни­фи­ци­ро­вать в еди­ный сер­вис, где близ­кие по духу люди бу­дут про­во­дить ис­сле­до­ва­ния все вме­сте и боль­ше­го мас­шта­ба. В ок­тяб­ре 2019 года мы со­зда­ли про­ект, ко­то­рый за­ни­ма­ет­ся гу­ма­ни­тар­ны­ми и со­ци­аль­ны­ми ис­сле­до­ва­ни­я­ми, а пару недель на­зад об­но­ви­ли наш сайт по­сле года по­ис­ка фор­мы, со­дер­жа­ния и оп­ти­маль­ной пуб­лич­ной по­вест­ки.

В об­щем, со­бра­лась неболь­шая ко­ман­да мо­ло­дых ис­сле­до­ва­те­лей, что­бы де­лать про­ек­ты в со­ци­аль­но-гу­ма­ни­тар­ных на­у­ках для му­зеев, ки­но­ком­па­ний и ком­мер­че­ских ор­га­ни­за­ций.

— На ка­кие рос­сий­ские или за­ру­беж­ные при­ме­ры вы ори­ен­ти­ро­ва­лись?

Пётр: С са­мо­го на­ча­ла я ни на что не ори­ен­ти­ро­вал­ся. Ду­мал о воз­мож­но­стях и опы­те, ко­то­рые мы с кол­ле­га­ми име­ли на тот мо­мент. По­доб­ные про­ек­ты в США, Ка­на­де и Ев­ро­пе есть в сфе­ре pub­lic his­tory: они де­ла­ют ис­сле­до­ва­ния для раз­ных ком­мер­че­ских ком­па­ний, но огра­ни­че­ны тем функ­ци­о­на­лом, ко­то­рый им предо­став­ля­ет об­ласть — ар­хив­ны­ми от­де­ла­ми, на­при­мер.

— Что та­кое гу­ма­ни­тар­ный кон­сал­тинг и как он ра­бо­та­ет?

Свет­ла­на: Мо­жет сло­жить­ся пред­став­ле­ние, что мы за­ни­ма­ем­ся ма­лень­ки­ми част­ны­ми про­ек­та­ми, ко­то­рые не укла­ды­ва­ют­ся ни в ка­кую це­лост­ную кар­ти­ну, но на са­мом у нас есть боль­шой объ­яс­ни­тель­ный па­фос. Мы, люди, трав­ми­ро­ван­ные шут­ка­ми про гу­ма­ни­та­ри­ев в Мак­до­нал­дсе, ре­ши­ли устро­ить ре­во­лю­цию и пе­ре­оцен­ку все­го цен­но­го, до­ка­зать и объ­яс­нить, по­че­му гу­ма­ни­тар­ное зна­ние зна­чи­мо не толь­ко для му­зеев и тех, кто сни­ма­ет филь­мы, но и для ком­мер­че­ских кор­по­ра­ций.

Пётр: Мы за­ни­ма­ет­ся со­зда­ни­ем все­воз­мож­ных ин­фор­ма­ци­он­ных про­дук­тов. Сна­ча­ла у вас есть лю­бой за­прос, будь то ис­то­рия крип­то­гра­фии или ан­тро­по­ло­гия ку­ли­на­рии. Мы вы­яс­ня­ем, ка­кой объ­ем дан­ных по это­му во­про­су уже су­ще­ству­ет, а по­том уже при необ­хо­ди­мо­сти про­во­дим ко­ли­че­ствен­ные или ка­че­ствен­ные ис­сле­до­ва­ния. По­лу­чен­ные дан­ные мы упа­ко­вы­ва­ем в раз­ные фор­ма­ты. Это мо­жет быть как му­зей­ная вы­став­ка, так и сайт. В об­щем, при по­мо­щи сво­их эв­ри­сти­че­ских стра­те­гий (на­бор пра­вил, прин­ци­пов и при­е­мов ака­де­ми­че­ско­го сти­ля ра­бо­ты с ин­фор­ма­ци­ей — Прим. «Цеха») мы до­во­дим за­прос кли­ен­та до ис­чер­пы­ва­ю­щей ин­фор­ма­ци­он­ной про­ра­бот­ки фе­но­ме­на: как фун­да­мен­таль­ной, так и очень при­клад­ной.

— То есть, если к вам при­дет за­каз­чик, ко­то­рый хо­чет сде­лать при­ло­же­ние с кве­стом по Москве, то вы мо­же­те для него со­брать всю ин­фор­ма­цию о ме­стах для марш­ру­та?

Пётр: Да, ко­неч­но. И даже боль­ше того! У из­вест­но­го фи­зи­ка и ма­те­ма­ти­ка Юд­жи­на Виг­не­ра есть пре­крас­ная ста­тья под на­зва­ни­ем «Непо­сти­жи­мая эф­фек­тив­ность ма­те­ма­ти­ки в есте­ствен­ных на­у­ках». В ней го­во­рит­ся о том, что ма­те­ма­ти­ка мо­жет фор­ма­ли­зо­вать и ре­шить по­чти лю­бую про­бле­му в окру­жа­ю­щем нас мире. «Кни­га При­ро­ды на­пи­са­на на язы­ке ма­те­ма­ти­ки», — пи­сал Га­ли­лей. Гу­ма­ни­тар­ное бюро — это куль­тур­ная ма­те­ма­ти­ка в пост­ин­ду­стри­аль­ном и ин­фор­ма­ци­он­ном об­ще­стве. Мы за­ни­ма­ем­ся всем, по­то­му что все во­круг — текст, ин­фор­ма­ция, зна­ние.

Мы хо­тим со­зда­вать пока еще несу­ще­ству­ю­щий ры­нок гу­ма­ни­тар­ных услуг, уни­фи­ци­ро­ван­ный ры­нок зна­ния

По­это­му пока мы за­хо­дим на дру­гие, уже сфор­ми­ро­ван­ные, рын­ки в на­деж­де на то, что в бу­ду­щем по­явит­ся от­дель­ный. Сфе­ры, в ко­то­рых мы на­чи­на­ли и ра­бо­та­ем по сей день, — это ар­хив­ные и ис­то­ри­че­ские ра­бо­ты для тех же му­зей­ных ис­сле­до­ва­ний, для кино, му­зеев, ар­хи­тек­тур­ных ком­па­ний, нетри­ви­аль­ные про­ек­ты для ком­мер­че­ских ком­па­ний. В бу­ду­щем мы бу­дем про­ни­кать в та­кие рын­ки, где се­го­дня ни­кто и не по­ду­ма­ет, что там нуж­ны гу­ма­ни­тар­ные ис­сле­до­ва­ния.

Свет­ла­на: Ар­хи­вы и му­зеи — это толь­ко ис­то­ри­че­ская сфе­ра. По­ми­мо это­го мы мо­жем со­зда­вать опрос­ни­ки, что­бы с со­цио­ло­ги­че­ской точ­ки зре­ния ис­сле­до­вать ка­кую-то груп­пу. Мы ра­бо­та­ем не толь­ко с ис­то­ри­че­ски­ми дан­ны­ми и объ­ек­та­ми куль­тур­но­го на­сле­дия.

Сер­гей: Сло­во «кон­сал­тинг» здесь не та­кое пу­стое. Мы рас­смат­ри­ва­ем со­ци­аль­ные и гу­ма­ни­тар­ные на­у­ки не как за­кры­тую сфе­ру, а как фун­да­мен­таль­ную для ча­сти че­ло­ве­че­ских дей­ствий, ре­флек­сию. В ши­ро­ком смыс­ле — это мо­раль­ный про­ект. Это то, что поз­во­ля­ет тебе узнать пер­спек­ти­вы дру­гих лю­дей, узнать кон­текст и воз­мож­ные по­след­ствия тво­их дей­ствий, и за­тем дей­ство­вать, во­ору­жив­шись бо­лее зна­чи­тель­ным объ­е­мом ре­флек­сии и ин­фор­ма­ции.

Ко­гда мы го­во­рим, что за­ни­ма­ем­ся лю­бы­ми за­да­ча­ми, мы име­ем в виду, что мы при­ду­мы­ва­ем, ка­кой мо­жет быть дру­гая, глу­бо­ко ре­флек­сив­ная, по­стро­ен­ная во­круг ис­сле­до­ва­ния, экс­пер­ти­за. Мне нра­вит­ся идея о сбли­же­нии лю­дей, ко­то­рые, как счи­та­ют окру­жа­ю­щие, в ос­нов­ном дей­ству­ют, и тех, кто (опять же, в обы­ден­ном по­ни­ма­нии) в ос­нов­ном ре­флек­си­ру­ет. Сей­час мы при­ду­мы­ва­ем фор­мы та­ко­го сбли­же­ния. На­при­мер, при­ду­мы­ва­ем та­кой про­дукт как кор­по­ра­тив­ная эт­но­гра­фия, в рам­ках ко­то­ро­го ис­сле­до­ва­те­ли мог­ли бы по­па­дать внутрь кор­по­ра­ций и вме­сте с со­труд­ни­ка­ми изу­чать то, что те де­ла­ют каж­дый день, в ито­ге по­ка­зы­вая, что в этой ре­аль­но­сти мож­но по­ме­нять.

Пётр: Ре­зю­ми­руя все, что ска­за­ли Се­ре­жа и Све­та, мы за­ни­ма­ем­ся куль­ту­рой зна­ния. Или же куль­ту­рой про­из­вод­ства и по­треб­ле­ния ин­фор­ма­ции. Это глав­ная пе­ре­мен­ная в успе­хе лю­бой ком­мер­че­ской и неком­мер­че­ской де­я­тель­но­сти. Чем выше уро­вень куль­ту­ры зна­ния, тем бо­лее успе­шен про­ект. По на­шим пред­став­ле­ни­ям, мно­гие офи­ци­аль­ные ор­га­ни­за­ции в Рос­сии необ­хо­ди­мо мо­дер­ни­зи­ро­вать и улуч­шать имен­но с точ­ки зре­ния куль­ту­ры зна­ния. Без услож­не­ния куль­ту­ры зна­ния упо­ва­ния на мо­дер­ни­за­цию го­су­дар­ства и об­ще­ства с по­мо­щью вли­ва­ния де­нег — нере­а­ли­стич­ны и неэф­фек­тив­ны, ни­ка­ко­го улуч­ше­ния в жиз­ни лю­дей не про­ис­хо­дит.


— Ка­кие темы гу­ма­ни­тар­ных ис­сле­до­ва­ний сей­час наи­бо­лее ак­ту­аль­ны?

Свет­ла­на: Су­дить о ка­ких-то по­пу­ляр­ных на­прав­ле­ни­ях мож­но по кон­кур­су на гу­ма­ни­тар­ные фа­куль­те­ты в ву­зах. Ко­ли­че­ство же­ла­ю­щих по­сту­пить в Выш­ку на ба­ка­лаври­ат по ис­то­рии неиз­мен­но рас­тет — в об­ще­стве есть за­прос на по­лу­че­ние фун­да­мен­таль­но­го гу­ма­ни­тар­но­го об­ра­зо­ва­ния. К со­жа­ле­нию, боль­шин­ство вы­пуск­ни­ков гу­ма­ни­тар­ных фа­куль­те­тов ра­бо­та­ют не по про­фи­лю, в луч­ше слу­чае — в смеж­ных об­ла­стях. По­это­му одну из за­дач на­ше­го Бюро я вижу в том, что­бы мо­ло­дые ис­сле­до­ва­те­ли, ко­то­рые сей­час учат­ся или пи­шут дис­сер­та­ции, не тра­ти­ли свое вре­мя на ра­бо­ту, ко­то­рая не свя­за­на со сфе­рой их на­уч­ных ин­те­ре­сов.

Если ты ра­бо­та­ешь в из­да­тель­стве вер­сталь­щи­ком, а ди­плом пи­шешь про ис­то­рию про­те­стан­тиз­ма, то ра­бо­та не удо­вле­тво­ря­ет твои ака­де­ми­че­ские ам­би­ции

Мы хо­тим дать бу­ду­щим вы­пуск­ни­кам гу­ма­ни­тар­ных фа­куль­те­тов воз­мож­ность удо­вле­тво­рять свои ака­де­ми­че­ские и фи­нан­со­вые за­про­сы.

— Как объ­яс­ня­е­те за­каз­чи­кам, что не про­сто в ста­рых бу­ма­гах ко­па­е­тесь, а про­во­ди­те ис­сле­до­ва­ние?

Пётр: Да, очень ча­сто встре­ча­ем­ся с та­ким пред­став­ле­ни­ем. Из­на­чаль­но мы все­гда го­во­рим о том, что у нас боль­шие ис­сле­до­ва­тель­ские мощ­но­сти. За по­след­ний год мы по­ра­бо­та­ли с несколь­ки­ми де­сят­ка­ми при­вле­чен­ных ис­сле­до­ва­те­лей. По­сле недав­не­го об­нов­ле­ния про­ек­та к нам при­шло бо­лее 30 за­явок от лю­дей, ко­то­рые хо­те­ли бы с нами ра­бо­тать.

Сер­гей: Мы хо­тим до­ба­вить в про­цесс (при­выч­ный за­каз­чи­кам) шаг ре­флек­сии. Так, на­при­мер, но­вый ур­ба­ни­сти­че­ский про­ект бу­дет за­то­чен не толь­ко на со­от­вет­ствие уни­вер­саль­ным стан­дар­там, но и встро­ен в мир кон­крет­ных лю­дей. В том чис­ле и для та­ких ве­щей су­ще­ству­ют со­ци­аль­ные на­у­ки.

— Сколь­ко вре­ме­ни тре­бу­ет­ся на хо­ро­шее ис­сле­до­ва­ние?

Пётр: Это очень ка­стом­ный во­прос. Ис­сле­до­ва­ния бы­ва­ют раз­ные по объ­е­му, сто­и­мо­сти и про­дол­жи­тель­но­сти. Наши пред­став­ле­ния о сро­ках, бюд­же­те и необ­хо­ди­мом ка­че­стве ис­сле­до­ва­ний не все­гда сов­па­да­ют с пред­став­ле­ни­я­ми кли­ен­та. Ино­гда мы пы­та­ем­ся най­ти ком­про­мисс, ино­гда — от­ка­зы­ва­ем­ся от про­ек­та.

— Как вы при­вле­ка­е­те кли­ен­тов? Есть ли у вас ка­кой-то внут­рен­ний от­бор за­каз­чи­ков?

Свет­ла­на: У меня есть по­зи­ция от­но­си­тель­но от­бо­ра за­каз­чи­ков, ко­то­рую кол­ле­ги мо­гут не раз­де­лять. Во-пер­вых, мы оце­ни­ва­ем ре­а­ли­стич­ность тре­бо­ва­ний, с ко­то­ры­ми к нам при­хо­дят. Если за­каз­чик хо­чет на про­ра­бот­ку 150 ар­хив­ных дел по­тра­тить пять ты­сяч руб­лей — мы не при­мем та­кой за­каз. Во-вто­рых, мы стре­мим­ся к про­зрач­но­сти и ста­ра­ем­ся про­го­ва­ри­вать наши эти­че­ские убеж­де­ния с теми, кто хо­чет с нами со­труд­ни­чать. Если за­каз­чик, с ко­то­рым мы уже ра­бо­та­ем, со­вер­шит что-то та­кое, что про­ти­во­ре­чит на­шим цен­но­стям, преж­де, чем рвать с ним от­но­ше­ния, мы обо­зна­чим свою по­зи­цию, но по­ста­ра­ем­ся по­нять, по­че­му он так по­сту­пил. На­ко­нец, мы ста­ра­ем­ся не от­ка­зы­вать­ся от пред­ло­же­ний из-за того, что за­каз­чик при­над­ле­жит к идео­ло­ги­че­ски чуж­до­му нам ла­ге­рю. Мне ка­жет­ся, что луч­ше са­мим сде­лать ка­че­ствен­ное с про­фес­си­о­наль­ной точ­ки зре­ния и неан­га­жи­ро­ван­ное ис­сле­до­ва­ние, чем от­ка­зать­ся от него. Если его вы­пол­нит дру­гой ис­пол­ни­тель, ме­нее бе­реж­но от­но­ся­щий­ся, на­при­мер, к ис­то­ри­че­ской до­сто­вер­но­сти, то про­дукт бу­дет ра­бо­тать на су­ще­ству­ю­щий миф или док­три­ну.

Пётр: Мы в Бюро во мно­гом под­дер­жи­ва­ем по­зи­цию друг дру­га. Я со­гла­сен с тем, что ска­за­ла Све­та. Наша силь­ная сто­ро­на в том, что мы уме­ем слу­шать и слы­шать друг дру­га, даже по спор­ным во­про­сам. Если у нас воз­ник­нет ка­кой-то кон­фликт по по­во­ду за­каз­чи­ка — мы сра­зу это об­су­дим. Но прин­ци­пу ру­ко­по­жат­но­сти мы точ­но не сле­ду­ем.

Сер­гей: Муд­рость долж­на до­пол­нять си­сте­ма­ти­че­скую эти­ку. Вот в ян­ва­ре мы, на­при­мер, чет­ко ре­ши­ли: ди­пло­ма­ми на за­каз мы за­ни­мать­ся не бу­дем. А в осталь­ном мы оце­ни­ва­ем, ка­кую часть все­го ре­зуль­та­та мы мо­жем кон­тро­ли­ро­вать по ито­гу про­ек­та. Если по­ни­ма­ем, что пло­хо кон­тро­ли­ру­ем ре­зуль­тат, пре­кра­ща­ем со­труд­ни­че­ство.

— Кто из вас и чем за­ни­ма­ет­ся в Бюро? Как вы де­ли­те зоны от­вет­ствен­но­сти?

Пётр: Это ме­ня­ет­ся в ре­аль­ном вре­ме­ни. Пе­ред нами каж­дую неде­лю воз­ни­ка­ют но­вые вы­зо­вы. По­сколь­ку мы со­зда­ем про­ект, ко­то­рый не име­ет ана­ло­гов в мире, то все фор­мы и со­дер­жа­ние воз­ни­ка­ют на ходу. То рас­пре­де­ле­ние обя­зан­но­стей, что было пол­го­да на­зад, уже не име­ет ни­че­го об­ще­го с тем, что есть сей­час. Пока мы в по­ис­ках под­хо­дя­щей схе­мы на­шей ра­бо­ты внут­ри ко­ман­ды.

Сер­гей: Как пра­ви­ло, ко­гда воз­ни­ка­ет про­ект, мы ре­ша­ем меж­ду со­бой, кто бу­дет его ве­сти. То есть кто-то из нас (у кого боль­ше экс­пер­ти­зы в дан­ном во­про­се) ста­но­вит­ся его ку­ра­то­ром и от­вет­ствен­ным за все про­цес­сы внут­ри. Мы, чет­ве­ро ру­ко­во­ди­те­лей ис­сле­до­ва­тель­ских про­ек­тов, кон­тро­ли­ру­ем ка­че­ство ис­пол­не­ния за­ка­за.

Свет­ла­на: Сей­час у нас на сай­те от­ра­же­на не вся ин­фор­ма­ция об ис­сле­до­ва­те­лях, с ко­то­ры­ми мы со­труд­ни­ча­ем. Спе­ци­а­ли­стов мы ищем сре­ди тех, с кем ра­бо­та­ли ра­нее на дру­гих про­ек­тах, при­гла­ша­ем кон­крет­ных лю­дей под опре­де­лён­ную за­да­чу, а еще к нам при­хо­дят сами — че­рез фор­му на сай­те.

— Сколь­ко сто­ит ваше ис­сле­до­ва­ние?

Пётр: Ис­сле­до­ва­ния мо­гут длить­ся несколь­ко ме­ся­цев, пол­го­да, год… Над од­ним мо­гут ра­бо­тать два де­сят­ка лю­дей. В об­щем, все очень за­ви­сит от за­про­са. Верх­ней гра­ни­цы у нас нет. Бы­ва­ют си­ту­а­ции, ко­гда нам очень нра­вит­ся идея или за­каз­чик, с ко­то­ры­ми мы хо­тим на­ла­дить свя­зи и сде­лать что-то по-на­сто­я­ще­му зна­чи­мое, а у них нет до­ста­точ­но средств. В та­ких слу­ча­ях мы го­то­вы сни­зить цену.

Недель­ный ри­серч для неболь­шо­го про­ек­та мо­жет сто­ить при­мер­но 50 ты­сяч руб­лей. Если объ­ем неболь­шой, то этим за­ни­ма­ет­ся один че­ло­век. Если мы со­би­ра­ем ко­ман­ду ис­сле­до­ва­те­лей для ка­ко­го-то за­каз­чи­ка, то сум­ма, есте­ствен­но, уве­ли­чи­ва­ет­ся

Кро­ме того, было несколь­ко при­ме­ров, ко­гда мы как Бюро сами ини­ци­и­ро­ва­ли про­ек­ты. Имен­но для это­го мы с каж­дой сдел­ки бе­рем свой неболь­шой про­цент, что­бы иметь воз­мож­ность раз­ви­вать и свои идеи.

— Ка­кая гло­баль­ная цель у ва­ше­го про­ек­та?

Свет­ла­на: Для меня важ­на ре­а­би­ли­та­ция гу­ма­ни­тар­но­го зна­ния и фор­ми­ро­ва­ние ра­бо­чих мест для бу­ду­щих вы­пуск­ни­ков.

Пётр: С этой мыс­лью мы все вчет­ве­ром со­глас­ны, но у каж­до­го из нас своя стра­те­гия раз­ви­тия. Мне бы хо­те­лось, что­бы наше об­ще­ство, ко­то­рое на­зы­ва­ют пост­ин­ду­стри­аль­ным, ста­ло не толь­ко фи­ло­соф­ской и куль­тур­ной кон­цеп­ци­ей. Та­кая по­зи­ция воз­вра­ща­ет нас к ста­рым ме­та­фо­рам, гла­ся­щим, что все во­круг текст и ин­фор­ма­ция. Толь­ко се­го­дня это уже не про­сто сло­ва, а ре­аль­ность, в ко­то­рой мы че­рез ка­кое-то вре­мя ока­жем­ся.

Сер­гей: Со­гла­сен с Пе­тей и Све­той. Для меня лич­но важ­но столк­но­ве­ние дей­ствия и ре­флек­сии, о ко­то­ром мы уже го­во­ри­ли выше. Это ши­ро­кая ис­то­рия в мас­шта­бах не толь­ко од­ной ком­па­нии, но и все­го об­ще­ства.