1. Практика

«Спекулятивный дизайн — это радикальная рациональность». Интервью с программным директором Института «Стрелка»

Социолог и теоретик архитектуры Бенджамин Браттон делится своими взглядами на урбанизм, междисциплинарность и образовательные методы в дизайне

© Strelka Institute for Media, Architecture and Design

В на­ча­ле 2020 года в Ин­сти­ту­те ме­диа, ар­хи­тек­ту­ры и ди­зай­на «Стрел­ка» стар­ту­ет но­вая об­ра­зо­ва­тель­ная про­грам­ма The Ter­raform­ing, ди­рек­то­ром ко­то­рой вы­сту­пил аме­ри­кан­ский со­цио­лог, тео­ре­тик ар­хи­тек­ту­ры и ди­зай­на Бен­джа­мин Брат­тон. Пре­зен­та­ция но­вой учеб­ной про­грам­мы со­сто­я­лась в ав­гу­сте это­го года. Сам тер­мин ter­raform­ing обо­зна­ча­ет про­цесс пре­об­ра­зо­ва­ния по­верх­но­сти пла­не­ты, от­сы­лая к про­бле­ма­ти­ке ан­тро­по­це­на с со­пу­ству­ю­щим ей кли­ма­ти­че­ским и ре­сурс­ным кри­зи­сом, а так­же на­ме­кая на то, что у нас в ру­ках — все ин­стру­мен­ты для пре­одо­ле­ния это­го кри­зи­са. Брат­тон и его кол­ле­ги стре­мят­ся про­де­мон­стри­ро­вать —ур­ба­низм все­гда был боль­ше, чем про­ек­ти­ро­ва­ние го­род­ской ар­хи­тек­ту­ры. Ур­ба­низм в немень­шей сте­пе­ни за­тра­ги­ва­ет во­про­сы эко­ло­гии, по­ли­ти­ки и тех­но­ло­ги­че­ско­го раз­ви­тия. Ав­тор «Цеха» Оль­га Де­рю­ги­на рас­спро­си­ла Бен­джа­ми­на Брат­то­на о ре­зуль­та­тах преды­ду­щей об­ра­зо­ва­тель­ной про­грам­мы, слож­но­стях меж­дис­ци­пли­нар­но­го под­хо­да и от­ли­чи­тель­ных чер­тах спе­ку­ля­тив­но­го ди­зай­на.







Strelka Institute for Media, Architecture and Design

The Ter­raform­ing — это ваша вто­рая об­ра­зо­ва­тель­ная про­грам­ма в ин­сти­ту­те «Стрел­ка». В чем от­ли­чия меж­ду дву­мя про­грам­ма­ми на уровне струк­ту­ры и ре­зуль­та­тов?

— Во мно­гом про­грам­ма The Ter­raform­ing по­стро­е­на на ис­сле­до­ва­ни­ях и ра­бо­те, про­ве­ден­ной в пер­вой про­грам­ме — The New Nor­mal. Как некая над­строй­ка. Вме­сте они со­став­ля­ют еди­ный ме­та­про­ект. В кон­це трех лет про­грам­мы The New Nor­mal у нас был 21 сту­ден­че­ский про­ект, пред­став­ляв­шие сво­е­го рода ка­лей­до­скоп идей. Ду­маю, в кон­це про­грам­мы The Ter­raform­ing у нас бу­дет 21 про­ект, ко­то­рый со­ста­вит часть того же паз­ла. В рам­ках про­грам­мы мы ста­вим пе­ред со­бой весь­ма се­рьез­ные, ком­плекс­ные про­бле­мы. Мы ра­бо­та­ем по прин­ци­пу ди­зайн-ла­бо­ра­то­рии. Это озна­ча­ет, что в ком­на­те, где про­хо­дит се­ми­нар, каж­дый мо­жет вы­ска­зы­вать­ся сво­бод­но и экс­пе­ри­мен­ти­ро­вать с лю­бы­ми иде­я­ми, не зная точ­но, ка­ким бу­дет ко­неч­ный ре­зуль­тат.

Strelka Institute for Media, Architecture and Design

— Ко­гда вы раз­ра­ба­ты­ва­ли про­грам­му для «Стрел­ки», были ли у вас в го­ло­ве кон­крет­ные при­ме­ры ла­бо­ра­то­рий, ко­то­рые вас вдох­нов­ля­ли?

— И в Рос­сии, и в США есть бо­га­тая ис­то­рия ла­бо­ра­то­рий или на­уч­но-ис­сле­до­ва­тель­ских цен­тров (think tank), ко­то­рые ста­ви­ли сво­ей це­лью, услов­но го­во­ря, по­нять, ка­ким бу­дет бу­ду­щее. В част­но­сти, ди­зай­не­ры и от­ча­сти ар­хи­тек­то­ры ча­сто во­вле­че­ны в со­зда­ние про­гно­зов и пред­по­ло­же­ний о бу­ду­щем. Сту­ден­тов ар­хи­тек­тур­ных фа­куль­те­тов учат не как со­зда­вать зда­ния, а как сде­лать изоб­ра­же­ние зда­ния, ко­то­рое, воз­мож­но, по­явит­ся в бу­ду­щем.

На мой взгляд, то, что мы де­ла­ем в Ин­сти­ту­те «Стрел­ка», свя­за­но с по­пыт­кой по­нять, как ме­то­до­ло­гия и фи­ло­со­фия ди­зай­на спо­соб­ны сыг­рать ту же роль, ка­кую преж­де иг­ра­ли по­ли­ти­ка и эко­но­ми­ка. Про­бле­мы, ко­то­рые нас окру­жа­ют сей­час, даже если они на­хо­дят­ся в этом поле, во­все не обя­за­тель­но долж­ны ре­шать­ся сред­ства­ми по­ли­ти­че­ской или эко­но­ми­че­ской на­у­ки.

От боль­шин­ства дру­гих про­грамм по го­род­ско­му ди­зай­ну нас от­ли­ча­ет вни­ма­ние к меж­дис­ци­пли­нар­но­сти. Лишь по­ло­ви­на на­ших сту­ден­тов име­ют бэк­гра­унд в ар­хи­тек­ту­ре. Дру­гая по­ло­ви­на име­ет опыт в сфе­ре ис­кус­ства, ди­зай­на, фи­ло­со­фии, гу­ма­ни­тар­ных наук и даже фи­зи­ки. Один из сту­ден­тов, участ­во­ва­ших в про­шлой про­грам­ме, к при­ме­ру, по­лу­чил об­ра­зо­ва­ние в об­ла­сти ядер­ной фи­зи­ки. Наша цель — соз­дать но­вые виды ур­ба­ни­сти­че­ско­го ди­зай­на, бо­лее муль­ти­дис­ци­пли­нар­ные, по­то­му что, на наш взгляд, ур­ба­низм — не толь­ко про пла­ни­ро­ва­ние го­ро­да, он так­же ка­са­ет­ся все­го спек­тра со­пут­ству­ю­щих со­ци­аль­ных и тех­ни­че­ских во­про­сов.

Наша цель — соз­дать но­вые виды ур­ба­ни­сти­че­ско­го ди­зай­на, бо­лее муль­ти­дис­ци­пли­нар­ные
Бенджамин Браттон

— Что ка­са­ет­ся темы меж­дис­ци­пли­нар­но­сти, на­сколь­ко тя­же­ло лю­дям с раз­ным бэк­гра­ун­дом най­ти об­щий язык? Не сек­рет, что че­ло­век, до­пу­стим, с ис­то­ри­че­ским и че­ло­век с фи­зи­че­ским об­ра­зо­ва­ни­ем мо­гут го­во­рить об од­них и тех же ве­щах со­вер­шен­но раз­ны­ми сло­ва­ми. Стал­ки­ва­лись ли вы с та­кой слож­но­стью в рам­ках кур­са, и если да, то как она ре­ша­лась?

— Да, дей­стви­тель­но, най­ти об­щий язык не все­гда уда­ет­ся сра­зу. Но, на мой взгляд, это к луч­ше­му. По­то­му что, если бы не было этих то­чек на­пря­же­ния или раз­но­чте­ний, мы ни­че­го бы не де­ла­ли. Я ду­маю, важ­но, что фи­наль­ный про­ект про­грам­мы не яв­ля­ет­ся ре­зуль­та­том пер­вой кол­ла­бо­ра­ции. Се­ми­на­ры в рам­ках кур­са тес­но свя­за­ны с ди­зайн-про­ек­та­ми. Мы мо­жем раз­би­рать ка­кой-то текст в те­че­ние несколь­ких дней, а по­том сту­ден­ты долж­ны пред­ло­жить ди­зайн-кон­цепт на ос­но­ве про­чи­тан­но­го. У нас тео­рия и прак­ти­ка идут рука об руку. В от­ли­чие от мно­гих дру­гих про­грамм, где они раз­де­ле­ны. В по­доб­ных упраж­не­ни­ях не име­ет зна­че­ния, фи­зик вы, ар­хи­тек­тор или пи­са­тель, — каж­дый во­вле­чен, и каж­дый дол­жен что-то пред­ло­жить. И нет та­ко­го, что ар­хи­тек­тор за­нят ар­хи­тек­ту­рой, а пи­са­тель ду­ма­ет о текстах — ско­рее, здесь каж­дый муль­ти­дис­ци­пли­на­рен и дол­жен ра­бо­тать вме­сте с дру­ги­ми.

Да, фи­зик и фи­ло­соф мо­гут го­во­рить об од­ной и той же вещи раз­ны­ми спо­со­ба­ми, но эта раз­ни­ца мо­жет быть по­лез­на для со­зда­ния сов­мест­но­го ди­зай­на. Мы хо­тим со­хра­нить эту раз­ни­цу, по­то­му что она про­дук­тив­на. Ино­гда не име­ет зна­че­ния, что люди при­дер­жи­ва­ют­ся раз­ных взгля­дов, — что­бы соз­дать ди­зайн, им при­хо­дит­ся най­ти спо­соб по­нять друг дру­га. Мне нра­вит­ся, что за пер­вые пять ме­ся­цев про­грам­мы люди прак­ти­че­ски за­бы­ва­ют, кто пе­ред ними — ар­хи­тек­тор или ре­жис­сер. Я ду­маю, это во­об­ще ха­рак­тер­но для ди­зайн-прак­ти­ки, ко­гда ты от­кры­ва­ешь в себе некие та­лан­ты, о ко­то­рых ты сам и не по­до­зре­вал.

— Как вы мог­ли бы поды­то­жить ре­зуль­та­ты про­грам­мы The New Nor­mal? Что бы вы на­зва­ли успе­хом? С ка­ки­ми вы­зо­ва­ми вы столк­ну­лись?

— Пря­мо сей­час мы ра­бо­та­ем над пуб­ли­ка­ци­ей кни­ги, в ко­то­рой со­бра­ны ито­ги про­грам­мы. В ка­ком-то смыс­ле, я не знаю, ка­ко­вы ре­зуль­та­ты до тех пор, пока мы не по­лу­чим ре­ак­цию со сто­ро­ны.

Лич­но для меня важ­но то, что мы изу­ча­ем но­вые под­хо­ды к ур­ба­ни­сти­че­ско­му ди­зай­ну и тому, как мы ду­ма­ем о го­ро­де. В том чис­ле, зна­чи­мость си­му­ля­ций. Как мо­дель си­сте­мы мо­жет воз­дей­ство­вать на мо­де­ли­ру­е­мую си­сте­му. Это тоже во­прос ди­зай­на — мы со­зда­ем си­му­ля­цию вещи, ко­то­рая ста­но­вит­ся фак­том и, в свою оче­редь, сама кон­тро­ли­ру­ет ре­аль­ность. Про­то­ко­лы, плат­фор­мы, по­тен­ци­аль­ная роль ис­кус­ствен­но­го ин­тел­лек­та — все это тоже фор­ми­ру­ет ди­зайн-прак­ти­ку.

Был ли я чем-либо разо­ча­ро­ван? По­жа­луй, нет. Спро­си­те меня об этом, ко­гда вый­дет кни­га. То­гда бу­дет по­нят­но: ко­гда вы бро­са­е­те ка­мень в озе­ро, а он от­ска­ки­ва­ет от по­верх­но­сти — это разо­ча­ро­вы­ва­ет, по­то­му что вы хо­те­ли по­лу­чить всплеск.

— А кто-ни­будь из вы­пуск­ни­ков The New Nor­mal на­чал ре­а­ли­зо­вы­вать при­ду­ман­ные в рам­ках про­грам­мы про­ек­ты?

— В тех или иных фор­мах, да. Три про­ек­та, со­здан­ные в рам­ках The New Nor­mal, были пред­став­ле­ны на Шан­хай­ской ар­хи­тек­тур­ной про­грам­ме в этом году. Несколь­ко филь­мов на­ших вы­пуск­ни­ков по­па­ли на раз­ные меж­ду­на­род­ные ки­но­фе­сти­ва­ли. В Бер­лине су­ще­ству­ет свое­об­раз­ное мини-пред­ста­ви­тель­ство «Стрел­ки» — ди­зайн-ко­вор­кинг под на­зва­ни­ем Trust, ко­то­рый со­здал один из сту­ден­тов пер­во­го года. Так что все за­ви­сит от кон­крет­но­го про­ек­та и его ав­то­ров.

В про­шлом году у нас был про­ект под на­зва­ни­ем Pre­sense («Пред­чув­ствие»), по­свя­щен­ный от­но­ше­ни­ям че­ло­ве­ка с его циф­ро­вым двой­ни­ком. Ко­гда мы ис­поль­зу­ем ин­ста­грам, ал­го­рит­мы за­по­ми­на­ют наши дей­ствия и пред­по­чте­ния и де­ла­ют пред­ска­за­ния на ос­но­ве про­шло­го по­ве­де­ния на­ше­го циф­ро­во­го двой­ни­ка. Со вре­ме­нем этот циф­ро­вой двой­ник на­чи­на­ет дик­то­вать наши дей­ствия в ре­аль­ной жиз­ни, а мы ста­но­вим­ся лишь его те­нью. Что сде­ла­ли ав­то­ры про­ек­та: они со­зда­ли плат­фор­му, ко­то­рая ана­ли­зи­ро­ва­ла всю циф­ро­вую ин­фор­ма­цию о вас, ко­то­рая до­ступ­на — гео­ло­ка­ция, дан­ные о со­сто­я­нии бан­ков­ско­го сче­та и так да­лее — что­бы со­ста­вить ка­лен­дарь, со­дер­жа­щий пред­ска­за­ния о том, где, в ка­кое вре­мя и чем вам сто­ит за­ни­мать­ся. А так­же стро­ить ре­ко­мен­да­ции, ос­но­вы­ва­ясь на дан­ных о лю­дях, по­хо­жих на вас. То есть плат­фор­ма ве­дет за вас ка­лен­дарь. Ос­нов­ной во­прос, ко­то­рый ста­вят ав­то­ры, это — как вы вза­и­мо­дей­ству­е­те со сво­им циф­ро­вым двой­ни­ком? При­слу­ши­ва­е­тесь ли вы к ре­ко­мен­да­ци­ям? Ста­ра­е­тесь ли вы их иг­но­ри­ро­вать? Пы­та­е­тесь ли вы об­ма­нуть при­ло­же­ние? В ито­ге ав­то­ры сде­ла­ли фильм, рас­ска­зы­ва­ю­щий об от­но­ше­ни­ях несколь­ких пер­со­на­жей со сво­и­ми циф­ро­вы­ми двой­ни­ка­ми.

Кадр видео Presence / Youtube

Роль спе­ку­ля­ции за­клю­ча­ет­ся в том, что­бы пред­ло­жить — так долж­но быть
Бенджамин Браттон

— Как я по­ни­маю, ос­нов­ное на­прав­ле­ние про­грам­мы — это спе­ку­ля­тив­ный ди­зайн («спе­ку­ля­тив­ный» в зна­че­нии «умо­зри­тель­ный» — прим. «Цеха»). Для меня сам тер­мин зву­чит как неко­то­рое про­ти­во­ре­чие, по­то­му что мы при­вык­ли ду­мать о ди­зай­не­ре как о за­ви­си­мой фи­гу­ре, ра­бо­та­ю­щей на за­каз­чи­ка и несво­бод­ной в сво­их фан­та­зи­ях. В от­ли­чие от ху­дож­ни­ка, на­при­мер. Я, ко­неч­но, об­ра­ща­юсь здесь к сте­рео­тип­но­му пред­став­ле­нию о ди­зай­не­ре и о ху­дож­ни­ке. На ваш взгляд, что зна­чит неза­ви­си­мость в ди­зайне?

— Не уве­рен, что неза­ви­си­мость яв­ля­ет­ся це­лью. За­ви­си­мость ди­зай­не­ра — это ин­те­рес­ный во­прос. От­ча­сти он свя­зан с пе­ре­смот­ром са­мо­го тер­ми­на: что мы име­ем в виду под ди­зай­ном и ка­ко­вы его гра­ни­цы?

Я ду­маю, цен­ность муль­ти­дис­ци­пли­нар­ной ло­ги­ки про­грам­мы — в том, что­бы ис­поль­зо­вать весь спектр раз­ных дис­ци­плин для фор­ми­ро­ва­ния дис­кур­са во­круг ди­зай­на. Эко­но­ми­ка — это де­скрип­тив­ная ана­ли­ти­че­ская дис­ци­пли­на, об­ла­да­ю­щая пред­ска­за­тель­ной си­лой в опре­де­лен­ной сте­пе­ни, од­на­ко не об­ла­да­ю­щая спо­соб­но­стью пред­ла­гать раз­ные ва­ри­ан­ты. В ней невоз­мож­ны «что если». Но мы мо­жем себе пред­ста­вить эко­но­ми­ку пред­ло­же­ний. Та­кая эко­но­ми­ка ста­но­вит­ся бли­же к ди­зай­ну. Как толь­ко вы при­бли­жа­е­тесь к чему-то спе­ку­ля­тив­но­му, до­пус­ка­ю­ще­му раз­ные ва­ри­ан­ты раз­ви­тия со­бы­тий, вы при­бли­жа­е­тесь к ди­зай­ну. Мы опре­де­ля­ем его не как нечто де­ко­ра­тив­ное, мы опре­де­ля­ем сло­во «ди­зайн» от гла­го­ла des­ig­nate («на­зна­чать, опре­де­лять, ха­рак­те­ри­зо­вать» — прим. «Цеха»). Вот то зна­че­ние, ко­то­рое нас ин­те­ре­су­ет.

Что ка­са­ет­ся тер­ми­на «спе­ку­ля­тив­ный ди­зайн», он не яв­ля­ет­ся на­шим изоб­ре­те­ни­ем. Он ви­сел в воз­ду­хе пару де­сят­ков лет или око­ло того. Что та­кое про­бле­ма в ди­зайне? Вме­сто того, что­бы со­зда­вать неко­то­рую ис­кус­ствен­ную, упро­щен­ную струк­ту­ру, пре­вра­ща­ю­щую про­бле­му, по сути, в тех­ни­че­скую за­да­чу, как на­счет того, что­бы при­нять про­бле­му во всей ее слож­но­сти и те­ку­че­сти? Нуж­но су­меть уви­деть ме­сто для воз­мож­но­стей: мож­но сде­лать вот так, а мож­но эдак, или еще как-то ина­че. Мы ис­поль­зу­ем ин­стру­мен­ты ди­зай­на, что­бы по­нять, ка­кие у нас есть воз­мож­но­сти для дей­ствия. Ди­зайн — это так­же про по­ни­ма­ние вре­ме­ни. От­ча­сти роль спе­ку­ля­ции за­клю­ча­ет­ся в том, что­бы не толь­ко пред­по­ло­жить, как мог­ло бы быть, но и пред­ло­жить — так долж­но быть.

Strelka Institute for Media, Architecture and Design

При этом, для нас спе­ку­ля­ция не свя­за­на с по­пыт­кой на­чать все с чи­сто­го ли­ста, где все огра­ни­чи­ва­ет­ся лишь во­об­ра­же­ни­ем ав­то­ра. Нам ин­те­рес­но под­хо­дить к су­ще­ству­ю­щей про­бле­ме с та­ко­го угла, что­бы под­ход был аб­со­лют­но функ­ци­о­наль­ным, но ис­хо­дя­щим из непри­выч­ной пер­спек­ти­вы. Мой лю­би­мый при­мер — это кон­курс для ди­зай­не­ров, ко­то­рый про­во­дит­ся в Нью-Мек­си­ко: на ме­сте ра­дио­ак­тив­но­го за­хо­ро­не­ния нуж­но при­ду­мать знак для бу­ду­щих по­ко­ле­ний, по­ка­зы­ва­ю­щий, что здесь опас­но ко­пать. Как дол­жен вы­гля­деть по­доб­ный знак? Мы не зна­ем, как из­ме­нит­ся че­ло­ве­че­ский язык че­рез 10 ты­сяч лет, мы даже не мо­жем быть уве­ре­ны, что Зем­лю бу­дут на­се­лять люди. Тем не ме­нее, это очень се­рьез­ная про­бле­ма, ко­то­рая тре­бу­ет ре­ше­ния. Как соз­дать та­кой знак опас­но­сти, ко­то­рый в то же вре­мя не под­стег­нет лю­бо­пыт­ство незна­ком­ца из дру­гой эпо­хи? Един­ствен­ный путь в дан­ном слу­чае — от­ка­зать­ся от всех су­ще­ству­ю­щих кон­вен­ций и при­ду­мать что-то ра­ди­каль­но но­вое и непри­выч­ное для нас.

По­ми­мо про­че­го, я по­ла­гаю, то, как мы стро­им го­ро­да, как мы ор­га­ни­зу­ем по­верх­ность пла­не­ты, — до­ста­точ­но безум­но. И мно­гие вещи, ко­то­рые про­ис­хо­дят во­круг, ча­сто от­нюдь не ка­жут­ся ра­ци­о­наль­ны­ми. В эту ре­аль­ность не все­гда мо­гут впи­сать­ся ра­ци­о­наль­ные ре­ше­ния. Мой те­зис за­клю­ча­ет­ся в том, что спе­ку­ля­тив­ный ди­зайн пред­став­ля­ет со­бой ра­ди­каль­ную ра­ци­о­наль­ность, а во­все не сво­бод­ный от ре­аль­но­сти по­лет во­об­ра­же­ния.

— Как ур­ба­ни­сти­че­ский ди­зайн спо­со­бен от­ве­тить на нео­ко­ло­ни­аль­ные про­бле­мы? До­пу­стим, ко­гда речь идет об экс­плу­а­та­ции при­род­ных ре­сур­сов и свя­зан­ных с этим во­про­са­ми со­ци­аль­но­го, эко­но­ми­че­ско­го и эт­ни­че­ско­го нера­вен­ства?

— Это слож­ный во­прос. Для неко­то­рых лю­дей гео­тех­но­ло­гии и гео­по­ли­ти­ка — это две раз­ные об­ла­сти, для меня же эти две темы очень тес­но пе­ре­пле­те­ны. К со­жа­ле­нию, на За­па­де при­ня­то раз­де­лять про­бле­му тех­но­ло­гий и по­ли­ти­ки. И про­бле­мы ан­тро­по­це­на ча­сто рас­смат­ри­ва­ют­ся как про­бле­мы тех­но­ло­ги­че­ско­го пла­на. Хотя, на мой взгляд, это про­бле­мы в боль­шей сте­пе­ни свя­зан­ные с гу­ма­низ­мом, про­бле­мы an­thro­pos (от греч. че­ло­век — прим. «Цеха») в ан­тро­по­цене. Тот факт, что мы (че­ло­ве­че­ство) вос­при­ни­ма­ем мир буд­то он со­здан для нас — что­бы из­вле­кать из него ре­сур­сы и про­жи­вать опре­де­лен­ный опыт. Та­ков ре­цепт ан­тро­по­це­на. Да, к это­му при­част­ны неф­тя­ные ком­па­нии, по­то­му что они ста­вят под угро­зу на­ли­чие ре­сур­сов, од­на­ко это про­ис­хо­дит по­то­му, что наше об­ще­ство ба­зи­ру­ет­ся на идее о том, что че­ло­ве­че­ский опыт — это транс­цен­дент­ное бла­го само по себе, и ка­кие угод­но сред­ства мо­гут быть мо­би­ли­зо­ва­ны для его про­из­вод­ства.

Обыч­но, ко­гда речь за­хо­дит о пе­ре­ме­нах, го­во­рят о пе­ре­мене в со­зна­нии, ко­то­рая долж­на впо­след­ствии при­ве­сти к пе­ре­ме­нам в по­ли­ти­ке, а за­тем мо­би­ли­зо­вать силы для про­из­вод­ства нуж­ных транс­фор­ма­ций в пла­не­тар­ной био­хи­мии. Воз­мож­но, это так и ра­бо­та­ет. Но, мо­жет быть, все про­изой­дет ина­че, и пе­ре­ме­ны на уровне гео­тех­но­ло­гий при­ве­дут к пе­ре­ме­нам к гео­по­ли­ти­ке. И в на­шей ис­то­рии есть та­кие при­ме­ры пе­ре­лом­ных мо­мен­тов: на­при­мер, со­зда­ние пе­чат­но­го прес­са Гу­тен­бер­га и т. п. Мне ин­те­рес­но раз­мыш­лять имен­но о та­ко­го рода при­ме­рах. Это одна часть от­ве­та на ваш во­прос.

Вто­рая свя­за­на с тем, что эко­но­ми­ка мно­гих стран за­ви­сит от до­бы­чи ре­сур­сов. И Рос­сия, ра­зу­ме­ет­ся, яв­ля­ет­ся од­ной из та­ких стран. Как ре­шить про­бле­мы кли­ма­ти­че­ских из­ме­не­ний в та­ком слу­чае — пока слож­но ска­зать, по­то­му что аль­тер­на­ти­вы не ясны. Если про­сто от­ка­зать­ся от до­бы­чи ре­сур­сов, это при­ве­дет на­се­ле­ние к край­ней бед­но­сти, по срав­не­нию с ко­то­рой усло­вия 2008-го года бу­дут ка­зать­ся рос­ко­шью. По мо­е­му мне­нию, здесь сле­ду­ет по­ста­вить во­прос — не как нам сде­лать всех бед­ны­ми, а как нам вер­нуть всем бо­гат­ство? Что есть на­сто­я­щее бо­гат­ство? Без­опас­ность для вас, без­опас­ность для ва­ших де­тей, до­ступ к об­ра­зо­ва­нию, до­сто­ин­ство, со­ци­аль­ные га­ран­тии — вот ка­ко­го рода вещи я имею в виду. Так что от­ча­сти во­прос за­клю­ча­ет­ся в том, как струк­ту­ри­ро­вать си­сте­му та­ким об­ра­зом, что­бы рас­пре­де­ле­ние ре­сур­сов при­но­си­ло всем та­ко­го рода бо­гат­ство. И я ду­маю, это невоз­мож­но, если хра­нить ре­сур­сы в од­ном ме­сте. До­пу­стим, ли­тий, ко­то­рый до­бы­ва­ет­ся в Бо­ли­вии и за­тем ока­зы­ва­ет­ся в ба­та­рей­ках в Ев­ро­пе и по все­му миру, — это один из при­ме­ров ра­ди­каль­но­го рас­пре­де­ле­ния ре­сур­сов для все­об­щей поль­зы. Ка­кой был бы смысл, если бы ли­ти­е­вые ба­та­рей­ки оста­ва­лись толь­ко в Бо­ли­вии?

По­ни­ма­ние вза­им­ной за­ви­си­мо­сти меж­ду об­ще­ством и гео­ло­ги­ей, меж­ду од­ним об­ще­ством и дру­гим об­ще­ством, вот те во­про­сы, ко­то­рые сто­ит ста­вить пе­ред со­бой. В этом смыс­ле я не изо­ля­ци­о­нист и не при­дер­жи­ва­юсь тех же по­зи­ций, что и неко­то­рые сто­рон­ни­ки пост­ко­ло­ни­аль­ной тео­рии, ко­то­рые скло­ня­ют­ся к идее о ре­ло­ка­ли­за­ции, ко­гда счи­та­ет­ся, что ре­сур­сам над­ле­жит оста­вать­ся в их ме­сто­рож­де­нии. Я не ду­маю, что это сра­бо­та­ет. Мне ка­жет­ся, важ­но по­нять пла­не­тар­ную вза­и­мо­за­ви­си­мость. Homo Sapi­ence все­гда были ми­гри­ру­ю­щим ви­дом, по­сто­ян­но на­хо­дя­щем­ся в дви­же­нии, по­сто­ян­но ме­ня­ю­щем виды де­я­тель­но­сти и ме­ня­ю­щем свое окру­же­ние. Нам сто­ит при­ми­рить­ся с мыс­лью о пла­не­тар­ных си­сте­мах и пе­ре­при­ду­мать смысл бо­гат­ства, в первую оче­редь, что­бы су­меть по­ров­ну рас­пре­де­лить бла­га.


Для тех, кто хо­чет бо­лее гу­бо­ко по­гру­зить­ся в те­ма­ти­ку про­грам­мы The Ter­raform­ing, на сай­те Strelka Mag до­сту­пен спи­сок ре­ко­мен­ду­е­мой ли­те­ра­ту­ры.