1. Практика

Полезное чтение. 10 книг от директора публичных программ Еврейского музея Лии Чечик

Венеция, Холокост и История московских домов

В руб­ри­ке «По­лез­ное чте­ние» мы про­сим экс­пер­тов в об­ла­сти об­ра­зо­ва­ния, дру­зей «Цеха» и из­вест­ных лю­дей рас­ска­зать нам о нон-фикшн кни­гах, ко­то­рые по­мог­ли им в ка­рье­ре, са­мо­раз­ви­тии и са­мо­об­ра­зо­ва­нии. В но­вой под­бор­ке сво­им спис­ком лю­би­мой и по­лез­ной ли­те­ра­ту­ры де­лит­ся ди­рек­тор пуб­лич­ных про­грамм Ев­рей­ско­го му­зея Лия Че­чик.







Ве­не­ция: Ис­кус­ство Ре­нес­сан­са

Де­бо­ра Хо­вард, Venice and the East

С 18 лет мой ис­точ­ник вдох­но­ве­ния, глав­ный объ­ект на­уч­но­го лю­бо­пыт­ства и го­род-меч­та — Ве­не­ция. Де­бо­ра Хо­вард, про­фес­сор Кэм­бри­джа, спе­ци­а­лист по ис­то­рии ве­не­ци­ан­ской ар­хи­тек­ту­ры и куль­ту­ры, опуб­ли­ко­ва­ла мно­го со­лид­ных книг, но имен­но ее ана­лиз про­цес­са «внед­ре­ния», «впле­те­ния» Во­сто­ка (в са­мом ши­ро­ком смыс­ле это­го сло­ва) в раз­лич­ные ас­пек­ты ве­не­ци­ан­ско­го го­род­ско­го ланд­шаф­та, стал, как го­во­рят се­го­дня, ground­break­ing. С этой кни­ги на­ча­лось мое бла­жен­ное по­гру­же­ние в сфе­ру изу­че­ния му­суль­ман­ско-хри­сти­ан­ских и ев­ро­пей­ско-ближ­не­во­сточ­ных куль­тур­ных от­но­ше­ний.

Аугу­сто Джен­ти­ли, Le sto­rie di Carpac­cio

Лек­ции про­фес­со­ра ве­не­ци­ан­ско­го уни­вер­си­те­та Ка’­Фос­ка­ри Аугу­сто Джен­ти­ли ста­ли моей выс­шей шко­лой ис­кус­ство­вед­че­ско­го ана­ли­ти­че­ско­го ма­стер­ства, а его «Ис­то­рии Кар­пач­чо» — при­ме­ром выс­ше­го пи­ло­та­жа ико­но­гра­фи­че­ской ана­ли­ти­ки, что се­го­дня те­ря­ет по­пу­ляр­ность в на­уч­ных кру­гах, но оста­ет­ся за­хва­ты­ва­ю­щим и цен­ным чте­ни­ем. Вит­то­ре Кар­пач­чо — ве­не­ци­ан­ский ху­дож­ник ру­бе­жа XV и XVI вв., — вос­про­из­вел в сво­их «ис­то­ри­ях» («Sto­ria» стал жан­ром ве­не­ци­ан­ской жи­во­пи­си) фан­та­зий­ный и в тоже вре­мя очень ре­аль­ный мир, где каж­дая де­таль го­во­ря­щая. Джен­ти­ли бле­стя­ще раз­ма­ты­ва­ет клу­бок каж­дой за­гад­ки, остав­лен­ной нам Кар­пач­чо.

Alexan­der Nagel, The con­tro­ver­sary of Re­nais­sance art

Я люб­лю, ко­гда к ста­рой теме под­хо­дят по-но­во­му. В слу­чае с ис­то­ри­ей ис­кус­ства по­яви­лось мно­го аль­тер­на­тив­ных под­хо­дов и ме­то­дик, но не все они, на мой взгляд, ра­зум­ны и по­лез­ны. В слу­чае с кни­гой аме­ри­кан­ско­го ис­то­ри­ка ис­кус­ства для меня си­ту­а­ция од­но­знач­но по­ло­жи­тель­на. Его увле­ка­тель­ные ар­гу­мен­ты, ко­то­рым до­ве­ря­ешь, поз­во­ля­ет взгля­нуть на до боли зна­ко­мый пред­мет под дру­гим уг­лом.

Ис­то­рия: Хо­ло­кост

Хан­на Арендт, «Ба­наль­ность зла»

С этой кни­ги на­ча­лось мое пси­хо­ло­ги­че­ски то­таль­ное по­гру­же­ние в тему Хо­ло­ко­ста. Фи­ло­со­фу Тео­до­ру Адор­но при­пи­сы­ва­ют фра­зу: «По­сле Ос­вен­ци­ма нель­зя пи­сать сти­хов». По­сле Арендт я ре­ши­ла, что вряд ли буду спо­соб­на про­чи­тать что-то еще по теме: слиш­ком мно­го слез и нер­вов. Те­перь чи­таю мно­го в свя­зи со сво­им слу­жеб­ным по­ло­же­ни­ем. «Ба­наль­ность зла» — кни­га, ко­то­рая в свое вре­мя раз­де­ли­ла лю­дей на два ла­ге­ря и была очень неод­но­знач­но при­ня­та. Для меня од­но­знач­но — она обя­за­тель­на для про­чте­ния всем.

Бергт Янг­фельдт, «Ра­уль Вал­лен­берг. Ис­чез­нув­ший ге­рой Вто­рой ми­ро­вой»

Вал­лен­берг все­гда был для меня неоспо­ри­мым ге­ро­ем, а его за­га­доч­ная судь­ба еще боль­ше под­пи­ты­ва­ет этот об­раз. По­дроб­ная био­гра­фия Вал­лен­бер­га ин­те­рес­на и как опи­са­ние вос­пи­та­ния швед­ско­го ари­сто­кра­та, и как кар­та во­ен­но­го Бу­да­пешта, и как ис­то­рия ди­пло­ма­ти­че­ских пер­тур­ба­ций. За­об­лач­ный об­раз ге­роя при­об­ре­та­ет чет­кие че­ло­ве­че­ские чер­ты и ха­рак­те­ри­сти­ки, ста­но­вит­ся мно­го­гран­ной и очень ин­те­рес­ной лич­но­стью. С этой кни­гой я хо­ди­ла по Бу­да­пешту и изу­ча­ла го­род во­ен­но­го вре­ме­ни — было по­зна­ва­тель­но.

Се­бастьян Хаф­нер, «Ис­то­рия од­но­го нем­ца»

Мне все­гда было лю­бо­пы­тен взгляд из­нут­ри — что про­ис­хо­ди­ло с нем­ца­ми в мо­мент при­хо­да и во вре­мя пре­бы­ва­ния у вла­сти Гит­ле­ра. «Ис­то­рия од­но­го нем­ца» — рас­сказ немец­ко­го жур­на­ли­ста, в 1939 году бе­жав­ше­го из на­цист­кой Гер­ма­нии и за­пи­сав­ше­го свой рас­сказ пря­мо на­ка­нуне Вто­рой ми­ро­вой вой­ны.

Алей­да Ас­сман, «Длин­ная тень про­шло­го. Ме­мо­ри­аль­ная куль­ту­ра и ис­то­ри­че­ская по­ли­ти­ка» и «За­бве­ние ис­то­рии — одер­жи­мость ис­то­ри­ей»

Два тру­да немец­ко­го ис­то­ри­ка и ан­тро­по­ло­га Алей­ды Ас­сман, на­вер­ное, долж­ны быть на­столь­ны­ми кни­га­ми каж­до­го, кто ра­бо­та­ет над про­ек­та­ми, свя­зан­ны­ми с осмыс­ле­ни­ем и ре­пре­зен­та­ци­ей про­шло­го. Это мо­жет стать сво­е­го рода тео­ре­ти­че­ской ба­зой.

Лич­ные ис­то­рии

Элиф Ба­ту­ман, «Бесы. При­клю­че­ния рус­ской ли­те­ра­ту­ры и тех, кто ее чи­та­ет»

Ве­се­лое и ост­ро­ум­ное по­вест­во­ва­ние о при­клю­че­ни­ях ав­то­ра, аме­ри­кан­ской жур­на­лист­ки, в пору ее уче­бы в Стэн­форд­ском уни­вер­си­те­те, где она спе­ци­а­ли­зи­ро­ва­лась на рус­ской ли­те­ра­ту­ре и, немнож­ко, уз­бек­ском язы­ке… И вот она от­прав­ля­ет­ся в Уз­бе­ки­стан на ста­жи­ров­ку, по­том — в Моск­ву, в Стэн­фор­де ор­га­ни­зу­ет кон­фе­рен­цию по Ба­бе­лю. В 2010 году я чи­та­ла книж­ку по со­ве­ту сво­их аме­ри­кан­ских дру­зей на ан­глий­ском и как же я сме­я­лась, ко­гда при­шла ра­бо­тать в Ев­рей­ский му­зей и од­ним из пер­вых про­ек­тов, над ко­то­рым при­шлось ра­бо­тать, была боль­шая меж­ду­на­род­ная кон­фе­рен­ция по Ба­бе­лю. При­е­ха­ли все ге­рои книж­ки Ба­ту­ман, а я не мог­ла от­де­лать­ся в го­ло­ве от ее ве­се­лых опи­са­ний.

Дмит­рий Опа­рин, Ан­тон Аки­мов, «Ис­то­рия мос­ков­ских до­мов, рас­ска­зан­ные их жи­те­ля­ми»

Кни­га моих лю­би­мых дру­зей ан­тро­по­ло­га и ис­то­ри­ка Димы Опа­ри­на и фо­то­гра­фа Ан­то­на Аки­мо­ва ста­ла уже бест­сел­ле­ром. Дима очень дол­го вы­на­ши­вал этот про­ект, ко­гда про дома рас­ска­зы­ва­ют не ис­то­ри­ки и ис­кус­ство­ве­ды, а люди, чьи судь­бы непо­сред­ствен­но свя­за­ны с эти­ми зда­ни­я­ми. Сна­ча­ла про­ект вы­лил­ся в спе­ци­аль­ную руб­ри­ку в жур­на­ле «Боль­шой го­род», а по­том вот в эту пре­крас­ную кни­гу. Дима сде­лал еще одну по­хо­жую кни­гу, но лишь про один дом — Бул­га­ков­ский — для од­но­имен­но­го му­зея. Он на­хо­дит­ся по ад­ре­су Боль­шая Са­до­вая, 10. Ан­тон же со­всем недав­но сде­лал по­хо­жую кни­гу по до­мам Санкт-Пе­тер­бур­га и бук­валь­но неде­лю на­зад объ­явил кра­унд­фандинг на plan­eta.ru для кни­ги по до­мам Тби­ли­си. Очень на­де­юсь, что у него по­лу­чит­ся и этот про­ект.