1. Практика

Хогвартс в русском бору: что такое Летняя школа и зачем туда ехать

Рассказывает журналист и редактор Александрина Елагина

© Алексей Заварзин для Цеха

Жур­на­лист и ре­дак­тор Алек­сандри­на Ела­ги­на уже де­вять лет ез­дит на Лет­нюю шко­лу— неком­мер­че­ский об­ра­зо­ва­тель­ный про­ект, где пре­по­да­ва­те­ли, ор­га­ни­за­то­ры и участ­ни­ки жи­вут в па­лат­ках, сами го­то­вят и ор­га­ни­зу­ют учеб­ные про­грам­мы. Ела­ги­на рас­ска­за­ла «Цеху», за­чем ехать на Лет­нюю Шко­лу, к чему го­то­вить­ся и по­че­му это ме­сто ста­ло для це­ло­го по­ко­ле­ния Хо­гварт­сом.







Александра Елагина
Андрей Маслов / Facebook

Ко­гда я впер­вые при­е­ха­ла на Лет­нюю Шко­лу, мне было 19 лет. Кро­ме па­лат­ки, у меня был би­лет в один ко­нец до Пе­тер­бур­га, вы­пис­ка с оцен­ка­ми для пе­ре­во­да в уни­вер­си­тет кино и те­ле­ви­де­ния, со­рок ки­ло­грамм ве­щей — в об­щем, всё мое иму­ще­ство.

Мои ро­ди­те­ли оха­ли и го­во­ри­ли, что я не про­дер­жусь в лесу, в па­лат­ке и дня. Но они недо­оце­ни­ва­ли мой эмо­ци­о­наль­ный го­лод: за пол­го­да до это­го я по­еха­ла на меж­ду­на­род­ный жур­на­лист­ский се­ми­нар «Ме­диа­по­ли­гон» в Ро­стов-на-Дону. Там я на­шла то, что так дол­го ис­ка­ла, — про­стран­ство, где об­суж­да­ют идеи. Мно­гие из ре­бят, с ко­то­ры­ми я то­гда по­зна­ко­ми­лась, со­би­ра­лись ехать на Лет­нюю Шко­лу.

В то вре­мя шко­ла рас­по­ла­га­лась в де­ревне Руч­ки Твер­ской об­ла­сти. Ее ха­риз­ма­ти­че­ски­ми ли­де­ра­ми были ре­дак­то­ры из жур­на­ла «Рус­ский ре­пор­тер». Па­лат­ки участ­ни­ков сто­я­ли в поле, пред­ва­ри­тель­но вы­ко­шен­ном от бор­ще­ви­ка, а за­ня­тия про­хо­ди­ли в пу­сто­вав­шей сель­ской шко­ле и в ар­мей­ских па­лат­ках.

Алексей Заварзин для Цеха

Я все­гда немно­го за­ви­до­ва­ла сверст­ни­кам, вы­рос­шим в боль­ших го­ро­дах: мно­гие из них в стар­ших клас­сах шко­лы ту­со­ва­лись со сту­ден­та­ми уни­вер­си­те­тов. Че­рез них они узна­ва­ли о ве­ли­ких кни­гах, му­зы­кан­тах, фи­ло­соф­ских иде­ях. Я же вы­рос­ла в Но­риль­ске. Мо­и­ми стар­ши­ми то­ва­ри­ща­ми были пан­ки из мест­но­го ПТУ и гор­но­го ин­сти­ту­та. Ни­кто из них не рас­ска­зы­вал об экс­пе­ри­мен­те Шре­дин­ге­ра или Зим­бар­до за кег­лей пива в подъ­ез­де.

И тут, на Лет­ней шко­ле, я до­рва­лась. У меня было чув­ство, как буд­то я по­па­ла в Хо­гвартс — маг­лы все­гда счи­та­ли меня су­ма­сшед­шей, а на са­мом деле я вол­шеб­ни­ца. Во­круг меня — куча лю­дей, для ко­то­рых ма­гия — это нор­маль­но. Ко­то­рым нра­вит­ся об­суж­дать идеи, кон­цеп­ции, свое ре­мес­ло. От вос­тор­га я даже по­чти не спа­ла — бо­я­лась что-то про­пу­стить.

Спу­стя де­вять лет я вижу, как та­кие же де­вят­на­дца­ти­лет­ние хо­дят по Дуб­нен­ско­му лесу в ре­зи­но­вых са­по­гах, что-то ярост­но об­суж­да­ют, и ра­ду­юсь. И даже немно­го за­ви­дую: у них есть вре­мя оку­нуть­ся с го­ло­вой в этот мо­мент, про­жить свое лето.

Алексей Заварзин для Цеха

Го­во­рят, глав­ное в жиз­ни — най­ти «сво­их». На Лет­ней Шко­ле ко­ли­че­ство та­ких лю­дей за­шка­ли­ва­ет

Мне слож­но го­во­рить о Лет­ней шко­ле — так слож­но го­во­рить о ме­сте, в ко­то­ром ты вы­рос. Для меня оно дей­стви­тель­но в неко­то­ром роде Хо­гвартс — ака­де­мия ма­гии и вол­шеб­ства, уда­лен­ная от боль­шо­го мира, скры­тая в лесу. Ме­сто, в ко­то­ром я пе­ре­жи­ва­ла фан­та­сти­че­ские мо­мен­ты вдох­но­ве­ния. В ко­то­ром ре­ши­ла стать мра­ко­бор­цем (пер­со­на­жи «Гар­ри Пот­те­ра». Вол­шеб­ни­ки, ко­то­рые бо­рют­ся с тем­ной ма­ги­ей — Прим.ред). В ко­то­ром было груст­но и обид­но. В ко­то­ром так влю­би­лась, что до сих пор не могу слу­шать «Мое серд­це» Спли­на.

Мно­гие люди, с ко­то­ры­ми я сбли­зи­лась в свои пер­вые «Лет­ние шко­лы», до сих пор оста­лись со мной. Ино­гда у меня воз­ни­ка­ет на­ив­ное чув­ство ми­сти­циз­ма: го­во­рят, глав­ное в жиз­ни — най­ти «сво­их». На ЛШ съез­жа­ют­ся со всей Рос­сии — ко­ли­че­ство «сво­их» на квад­рат­ный метр про­сто за­шка­ли­ва­ет. Часть из них по­взрос­ле­ла и от­кры­ла свои «фа­куль­те­ты» на ЛШ. Я же при­ез­жаю в по­след­нее вре­мя все­го на несколь­ко дней — если зо­вут де­лать ма­стер-клас­сы.

Алексей Заварзин для Цеха

Воз­мож­но, это дей­стви­тель­но неко­то­рая на­ив­ность вос­при­я­тия — про­сто на ЛШ мне очень ком­форт­но. Как буд­то об­щая ат­мо­сфе­ра сни­ма­ет с тебя обо­лоч­ку внеш­не­го мира: ты не мо­жешь здесь по­зи­ци­о­ни­ро­вать себя че­рез внеш­ность — тут, ко­неч­но, ни­кто не на­ря­жа­ет­ся в ман­тии вол­шеб­ни­ков, но все лох­ма­тые, в сви­те­рах, ре­зи­но­вых са­по­гах и шта­нах, ко­то­рые не жал­ко угро­бить, ва­ля­ясь на тра­ве. Все, что у тебя есть — внут­рен­нее со­дер­жа­ние.

От­ча­сти бла­го­да­ря та­кой сво­бод­ной фор­ме одеж­ды на ЛШ есть осо­бая лег­кость в об­ще­нии: ты ни­ко­гда не зна­ешь, кто пе­ред то­бой — участ­ник, ди­рек­тор ма­стер­ской или лек­тор. Мож­но при­ки­нуть по воз­рас­ту, но на ЛШ все­гда мно­го мо­ло­дых пре­по­да­ва­те­лей и лек­то­ров, а идея но­сить бей­джи есте­ствен­ным об­ра­зом не при­жи­лась. Нет ни­ка­кой ком­му­ни­ка­ци­он­ной иерар­хии — и это толь­ко по­мо­га­ет. Со мной не раз были стран­ные си­ту­а­ции, ко­гда я увле­чен­но го­во­ри­ла с че­ло­ве­ком два часа, а толь­ко по­том узна­ла, кто он и от­ку­да.

«Ни­кто не бу­дет уго­ва­ри­вать тебя на­пи­сать текст, по­есть или по­спать — ты сам опре­де­ля­ешь, что де­лать и как себя ве­сти»

Фор­маль­ная иерар­хия на ЛШ есть, но она ско­рее ор­га­ни­за­ци­он­ная, чем меж­лич­ност­ная. Есть ма­стер­ские — они де­лят­ся по на­прав­ле­ни­ям, у каж­дой есть свой ру­ко­во­ди­тель. Он за­ни­ма­ет­ся ад­ми­ни­стра­тив­ны­ми де­ла­ми, за­ра­нее го­то­вит учеб­ную про­грам­му, при­гла­ша­ет лек­то­ров.

Ру­ко­во­ди­те­ли ма­стер­ских вхо­дят в Со­вет — со­ве­ща­тель­ный ор­ган, в ко­то­ром та­к­же есть ру­ко­во­ди­те­ли ма­стер­ских раз­ных лет. От­дель­но су­ще­ству­ет орг­ко­ми­тет — он за­ни­ма­ет­ся Лет­ней шко­лой круг­лый год: за­ра­нее фор­ми­ру­ет про­грам­му всей шко­лы, за­ни­ма­ет­ся бла­го­устрой­ством ла­ге­ря под Дуб­ной.

Глав­ный на ЛШ — ди­рек­тор. Каж­дый год про­хо­дят вы­бо­ры: лю­бой мо­жет про­ве­сти кам­па­нию и из­брать­ся, если два года под­ряд при­ни­мал уча­стие в жиз­ни Лет­ней шко­лы. Этот «фильтр» пред­по­ла­га­ет, что че­ло­век, ко­то­рый хо­чет воз­глав­лять шко­лу, по­ни­ма­ет, во что ввя­зы­ва­ет­ся и раз­де­ля­ет цен­но­сти про­ек­та.

Та­кая си­сте­ма по­яви­лась не сра­зу. Я ви­де­ла, как люди учи­лись до­го­ва­ри­вать­ся меж­ду со­бой, при­ни­ма­ли и от­ме­ня­ли пра­ви­ла. Един­ствен­ное, что все­гда ле­жа­ло в ос­но­ве как цен­ность — это со­при­част­ность. Даже бу­дучи уче­ни­ком, ты не мо­жешь остать­ся пас­сив­ным: по­ря­док в ра­бо­чей ком­на­те ма­стер­ской, кол­лек­тив­ный и лич­ный ре­зуль­тат — твоя от­вет­ствен­ность в том чис­ле. Ни­кто не бу­дет хо­дить и уго­ва­ри­вать тебя на­пи­сать текст, по­есть или по­спать — ты сам опре­де­ля­ешь что тебе де­лать и как себя ве­сти. В кон­це кон­цов, все со­вер­шен­но­лет­ние.

Это пра­ви­ло, прав­да, не ка­са­ет­ся школь­ни­ков — на ЛШ есть несколь­ко ма­стер­ских, ко­то­рые при­ни­ма­ют несо­вер­шен­но­лет­них. У них бо­лее жест­кий ре­жим дня и ди­рек­то­ра ма­стер­ских сле­дят за рас­по­ряд­ком.

Од­на­ж­ды я при­е­ха­ла на Лет­нюю шко­лу в аб­со­лют­но раз­би­том со­сто­я­нии. У меня со­вер­шен­но не было сил вклю­чать­ся в ра­бо­ту ма­стер­ской, несмот­ря на то что я еха­ла с же­ла­ни­ем по­про­бо­вать что-то но­вое — я про­шла от­бор в «Жи­вой те­атр». Неде­лю я про­сто раз­го­ва­ри­ва­ла с лю­дь­ми, хо­ди­ла на от­кры­тые лек­ции, ки­но­по­ка­зы и дру­гие ме­ро­при­я­тия раз­ных ма­стер­ских. Не ска­зать, что ру­ко­во­ди­тель мо­е­го от­де­ле­ния была от это­го в вос­тор­ге, но и ост­ра­киз­му не под­верг­ла. За это я очень ей бла­го­дар­на: бро­дя по лесу, я при­ш­ла в себя.

Алексей Заварзин для Цеха

С ЛШ мо­гут вы­гнать — если ты бу­дешь пить ал­ко­голь и бу­я­нить. Прав­да, я знаю очень мало слу­ча­ев, ко­гда на ЛШ при­ез­жа­ли люди, что­бы ото­рвать­ся, и их за это вы­го­ня­ли. Каж­дая ма­стер­ская — от ме­ди­цин­ской до до­ку­мен­таль­но­го кино про­во­дит от­бор участ­ни­ков. У каж­дой — свои тре­бо­ва­ния к участ­ни­кам, в за­ви­си­мо­сти от на­прав­ле­ния. При­ем за­явок от­кры­ва­ет­ся вес­ной. За­пол­нить ан­ке­ту дол­жен каж­дый, даже если уже сто раз при­ез­жал на ЛШ. У меня ни разу не по­лу­чи­лось «сме­нить про­фес­сию» — чув­ство­вать себя нор­маль­но на ка­ких-то дру­гих, нежур­на­лист­ских ма­стер­ских. На­вер­но, по­то­му что лю­бо­пыт­ной во­ро­ной мож­но по­быть и без уча­стия, а ра­бо­тать луч­ше все-таки с тем, что лю­бишь боль­ше все­го. И с теми, кто это чув­ство раз­де­ля­ет. Как буд­то бы я, гриф­фин­до­рец, по­па­да­ла на Пуф­фен­дуй — чув­ство­ва­ла себя со­вер­шен­но ино­род­ной. Так что, если со­бе­ре­тесь, от­не­си­тесь от­вет­ствен­но к сво­е­му вы­бо­ру — в кон­це кон­цов, рас­пре­де­ля­ю­щая шля­па учи­ты­ва­ет же­ла­ние уче­ни­ка в первую оче­редь.

Алексей Заварзин для Цеха