1. Практика

Самая известная либертарианка России: как муниципальный депутат окончила Оксфорд и устроилась в бюро Захи Хадид

История Веры Кичановой

© Фото: Shutterstock, WikiCommons, личный архив. Коллаж: Миша Надь / цех

Обыч­но сло­во «pivot» при­ме­ня­ют по от­но­ше­нию к стар­та­пам — оно озна­ча­ет сме­ну биз­нес-мо­де­ли, про­дук­та или сфе­ры де­я­тель­но­сти. А мы на­зва­ли так руб­ри­ку с ис­то­ри­я­ми лю­дей, ко­то­рые пол­но­стью из­ме­ни­ли свою ка­рье­ру. Вера Ки­ча­но­ва — одна из са­мых из­вест­ных ли­бер­та­ри­а­нок Рос­сии, жур­на­лист­ка и быв­ший му­ни­ци­паль­ный де­пу­тат Юж­но­го Ту­ши­но. В 2015 году она уеха­ла в Киев, за­тем по­сту­пи­ла в Окс­форд, а сей­час по­лу­ча­ет PhD в Ко­ро­лев­ском кол­ле­дже Лон­до­на и ра­бо­та­ет в ар­хи­тек­тур­ном бюро Захи Хадид. В ин­тер­вью «Цеху» Вера рас­ска­за­ла, чем за­ни­ма­ет­ся се­го­дня, по­че­му ре­ши­ла оста­вить по­ли­ти­ку и что та­кое «ур­ба­ни­сти­ка здо­ро­во­го че­ло­ве­ка».







«Де­воч­ка, а твои ро­ди­те­ли зна­ют?»

Я до­воль­но рано осо­зна­ла, что хочу ме­нять мир к луч­ше­му, а про­фес­сия жур­на­ли­ста ка­за­лась мне са­мым по­нят­ным спо­со­бом это де­лать. Я чет­ко по­ня­ла это в де­вять лет, ко­гда ро­ди­те­ли взя­ли меня на ми­тинг про­тив за­кры­тия НТВ. В тот день я узна­ла, что в стране не все хо­ро­шо со сво­бо­дой сло­ва. Ко­гда я ска­за­ла ро­ди­те­лям, что буду жур­на­ли­стом, они не были рады, но быст­ро по­ня­ли, что меня вряд ли мож­но пе­ре­убе­дить. Я на­ча­ла ра­бо­тать в мест­ной га­зе­те «Юж­ное Ту­ши­но», что­бы под­го­то­вить­ся к по­ступ­ле­нию на жур­фак МГУ, за­тем по­сту­пи­ла на ка­фед­ру но­вых ме­диа и со вто­ро­го кур­са ра­бо­та­ла в «Но­вой га­зе­те», а по­сле в Slon.ru (се­го­дня Re­pub­lic.ru — Прим. «Цеха»).

В 2011 году на­ча­лись ми­тин­ги за сво­бод­ные вы­бо­ры. Все, кто нерав­но­душ­но от­но­сил­ся к про­ис­хо­дя­ще­му в стране, были воз­му­ще­ны. Ка­за­лось, что от­кры­лось окно воз­мож­но­стей: мо­ло­дые люди с го­ря­щи­ми гла­за­ми без свя­зей и боль­ших ре­сур­сов смо­гут прий­ти в по­ли­ти­ку и что-то из­ме­нить. То­гда я уже со­сто­я­ла в Ли­бер­та­ри­ан­ской пар­тии, и мы с ко­ман­дой ре­ши­ли, что я пой­ду на му­ни­ци­паль­ные вы­бо­ры. У меня был ак­тив­ный ЖЖ, 20 ты­сяч под­пис­чи­ков в твит­те­ре — бла­го­да­ря это­му нам уда­лось со­брать немно­го де­нег, на­пе­ча­тать ли­стов­ки и пла­ка­ты. Я хо­ди­ла от две­ри к две­ри и го­во­ри­ла: «Доб­рый день! Я — Вера Ки­ча­но­ва, ваша со­сед­ка, моя про­грам­ма: по­нят­ность, про­зрач­ность, под­от­чет­ность…»

В Москве мест­ное са­мо­управ­ле­ние ка­стри­ро­ва­но, му­ни­ци­паль­ные де­пу­та­ты по­чти ни­че­го не ре­ша­ют. В 2013 году, ко­гда Со­бя­нин шел на вы­бо­ры, нам под­ки­ну­ли немно­го пол­но­мо­чий. Я счи­таю, что это боль­шая по­бе­да но­вой вол­ны мо­ло­дых по­ли­ти­ков 2012 года, по­то­му что до нас ни­кто не го­во­рил про му­ни­ци­паль­ный уро­вень. Ко­гда мы хо­ди­ли по до­мам с аги­та­ци­ей, люди не по­ни­ма­ли, куда мы их зо­вем. Они го­во­ри­ли: «Мы вас не зна­ем! Бу­дем за Жи­ри­нов­ско­го го­ло­со­вать.» О су­ще­ство­ва­нии му­ни­ци­паль­но­го са­мо­управ­ле­ния по­чти ни­кто не знал. Мы нес­ли боль­шую про­све­ти­тель­скую функ­цию, рас­ска­зы­вая, что есть та­кой ме­ха­низм.

Ти­пич­ной ре­ак­ци­ей на нас был скеп­сис и недо­ве­рие. Кто-то го­во­рил, что все по­ли­ти­ки оди­на­ко­вые, кто-то спра­ши­вал: «Де­воч­ка, а твои ро­ди­те­ли зна­ют, чем ты за­ни­ма­ешь­ся?» Ча­сто за­да­ва­ли во­прос, за­чем мне во­об­ще это нуж­но. Я го­во­ри­ла как есть: я здесь живу и хочу все из­ме­нить. Ду­май гло­баль­но — дей­ствуй ло­каль­но.

В это вре­мя в Москве шла куль­тур­ная ре­во­лю­ция Кап­ко­ва: пе­ре­стро­и­ли Парк Горь­ко­го, по­яви­лись ве­ло­до­рож­ки и про­чая ур­ба­ни­сти­ка. Как де­пу­тат я была в это во­вле­че­на, но со вре­ме­нем по­ня­ла, что со мно­гим не со­глас­на. Ур­ба­ни­сти­ка в мно­го­мил­ли­он­ном го­ро­де — это не ла­воч­ки и ве­ло­до­рож­ки, а со­зда­ние со­ци­аль­но важ­ных ин­сти­ту­тов. Ар­хи­тек­то­ры и дру­гие экс­пер­ты буд­то бы луч­ше зна­ют, что нуж­но лю­дям, а мне­ние жи­те­лей со­всем не учи­ты­ва­ют. Ко­гда я за­кон­чи­ла с му­ни­ци­паль­ной по­ли­ти­кой, то по­ня­ла: луч­ше, чем бо­роть­ся с вет­ря­ны­ми мель­ни­ца­ми, на­учить­ся но­во­му и за­тем при­ме­нить эти зна­ния на прак­ти­ке.

Окс­форд, или чем Рос­сия по­хо­жа на Ве­не­су­э­лу

В 2015 году я пе­ре­еха­ла в Киев и про­жи­ла там два года. Я ра­бо­та­ла в Цен­тре сво­бод­ной эко­но­ми­ки име­ни Кахи Бен­ду­кид­зе — гру­зин­ско­го ре­фор­ма­то­ра и ав­то­ра «гру­зин­ско­го эко­но­ми­че­ско­го чуда». Там я по­зна­ко­ми­лась с мо­ло­ды­ми людь­ми, ко­то­рые еще при Яну­ко­ви­че уеха­ли учить­ся и ра­бо­тать за гра­ни­цу, а за­тем уви­де­ли, что в стране про­ис­хо­дит что-то во­оду­шев­ля­ю­щее, и вер­ну­лись до­мой. Пе­ред ними были от­кры­ты все две­ри. За­бе­гая впе­ред, ска­жу, что я по­сту­пи­ла в Окс­форд, и одна из моих од­но­групп­ниц, с ко­то­рой мы вме­сте ор­га­ни­зо­вы­ва­ли рус­ско-укра­ин­ские ме­ро­при­я­тия, сей­час де­пу­тат Рады. Здо­ро­во, что в ее стране была воз­мож­ность участ­во­вать в гло­баль­ных по­ли­ти­че­ских из­ме­не­ни­ях.

По­сле од­ной лек­ции фи­лип­пин­ско­го ре­фор­ма­то­ра ко мне по­до­шел од­но­курс­ник из Ве­не­су­э­лы и ска­зал: «Вера, пой­дем вы­пьем, я не могу на это смот­реть: все они по­едут до­мой и смо­гут при­ме­нять эти зна­ния. А мы с то­бой бу­дем си­деть и ждать»

Ко­гда я на­ча­ла вы­би­рать про­грам­мы для даль­ней­ше­го обу­че­ния, то ур­ба­ни­сти­ка, о ко­то­рой я ду­ма­ла из­на­чаль­но, по­ка­за­лась мне слиш­ком тех­но­кра­ти­че­ской. Я ре­ши­ла най­ти бо­лее об­шир­ную про­грам­му, на ко­то­рой я встре­чу ин­те­рес­ных лю­дей, рас­ши­рю свой нетворк и вый­ду на но­вый уро­вень. Так я вы­бра­ла Mas­ter of Pub­lic Pol­icy в Окс­фор­де — что-то вро­де MBA, но для пуб­лич­но­го сек­то­ра. Са­мый близ­кий ана­лог — го­су­прав­ле­ние.

Я по­лу­чи­ла сти­пен­дию для рус­ских сту­ден­тов Hill Foun­da­tion Schol­ar­ship, ко­то­рая пол­но­стью по­кры­ва­ла мое обу­че­ние и про­жи­ва­ние. Сда­ла TOEFL, на­пи­са­ла мо­ти­ва­ци­он­ное пись­мо и рас­сказ о себе. Там я по­де­ли­лась опы­том му­ни­ци­паль­но­го управ­ле­ния и рас­ска­за­ла, в ка­ком клю­че мне ин­те­рес­на тема го­ро­дов. Плюс нуж­но было при­слать об­ра­зец сво­е­го тек­ста — это стан­дарт­ная прак­ти­ка на гу­ма­ни­тар­ных спе­ци­аль­но­стях, а за­тем прой­ти со­бе­се­до­ва­ние. Со мной учи­лись 125 че­ло­век в воз­расте от 20 до 50 лет из 70 стран. Было очень ин­те­рес­но узнать, что в раз­ных стра­нах и ре­жи­мах про­бле­мы во мно­гом по­хо­жи.

Ур­ба­ни­сти­ка здо­ро­во­го че­ло­ве­ка

Прой­дя по­ло­ви­ну го­до­вой про­грам­мы в Окс­фор­де, я по­ня­ла, что хочу учить­ся даль­ше и за­ни­мать­ся тем, что я на­зы­ваю «ур­ба­ни­сти­ка здо­ро­во­го че­ло­ве­ка». На од­ной из кон­фе­рен­ций я встре­ти­ла сво­е­го бу­ду­ще­го на­уч­но­го ру­ко­во­ди­те­ля Мар­ка Пен­нинг­то­на, он воз­глав­лял De­part­ment of Po­lit­i­cal Econ­omy в Ко­ро­лев­ском Кол­ле­дже Лон­до­на и был из­ве­стен сво­и­ми ли­бер­та­ри­ан­ски­ми взгля­да­ми. Мы об­су­ди­ли ин­те­ре­су­ю­щую меня тему част­ных го­ро­дов и сво­бод­ных эко­но­ми­че­ских зон, ему по­нра­ви­лись мои идеи, и еще до того, как я по­лу­чи­ла ди­плом Окс­фор­да, я уже по­сту­пи­ла в King's Col­lege Lon­don.

Сей­час я ра­бо­таю на сты­ке эко­но­ми­ки и ур­ба­ни­сти­ки, пишу дис­сер­та­цию про го­ро­да, ко­то­рые мо­гут управ­лять­ся как кон­до­ми­ни­у­мы — част­ной ком­па­ни­ей. Мой глав­ный во­прос как ака­де­ми­ка: по­че­му го­ро­дов та­ко­го типа в мире очень мало? При­чи­на в от­сут­ствии эко­но­ми­че­ско­го спро­са или про­бле­мах пра­во­во­го ре­гу­ли­ро­ва­ния? Я не пла­ни­рую оста­вать­ся в на­у­ке или пре­по­да­вать, но хо­те­ла бы про­дол­жать ра­бо­тать в этом на­прав­ле­нии как прак­тик. Недав­но меня при­гла­си­ли вы­сту­пить на кон­фе­рен­ции о част­ных го­ро­дах в ка­че­стве экс­пер­та — это было очень при­ят­но. Ко­неч­но, ино­гда немно­го жаль, что в стране, где ты на­хо­дишь­ся все­го несколь­ко лет, тебя уже це­нят как про­фес­си­о­на­ла, а в Рос­сии это­го нет. Но та­ко­ва наша ре­аль­ность.

В Кол­ле­дже я по­лу­чаю несколь­ко неболь­ших сти­пен­дий, но для жиз­ни в Лон­доне это­го недо­ста­точ­но. Па­рал­лель­но я ра­бо­таю ана­ли­ти­ком го­род­ской сре­ды в бюро Захи Хадид. Сна­ча­ла я при­шла сюда на лет­нюю ста­жи­ров­ку, но вме­сто двух ме­ся­цев за­дер­жа­лась в бюро на пол­го­да. Мы раз­ра­ба­ты­ва­ли кон­цеп­цию сети пе­ше­ход­ных зон в Лон­доне, я изу­ча­ла ми­ро­вой опыт, раз­би­ра­лась, как устро­е­но мест­ное са­мо­управ­ле­ние в Лон­доне, об­ща­лась с НКО и ак­ти­ви­ста­ми, ко­то­рые тоже за­ни­ма­ют­ся те­ма­ми пе­ше­ход­но­го и ве­ло­си­пед­но­го дви­же­ния, го­род­ской эко­ло­гии, до­рож­ной без­опас­но­сти.

Кста­ти, мест­ные пуб­лич­ные слу­ша­ния в Лон­доне мало чем от­ли­ча­лись от со­бра­ний в Юж­ном Ту­ши­но

По­сле за­вер­ше­ния про­ек­та я оста­лась ра­бо­тать в бюро. Мне до­воль­но слож­но объ­яс­нить, чем я за­ни­ма­юсь, по­то­му что одну неде­лю могу изу­чать ры­нок мо­биль­ных устройств в Ки­тае, а дру­гую — марш­ру­ты бе­ду­и­нов в Са­у­дов­ской Ара­вии. Мои кол­ле­ги-ар­хи­тек­то­ры де­ла­ют ос­нов­ную ра­бо­ту, раз­ра­ба­ты­вая про­ект, а я долж­на обос­но­вать, по­че­му он дол­жен вы­иг­рать. Это ра­бо­та на сты­ке са­мых раз­ных на­вы­ков: изу­че­ние куль­тур­но­го кон­тек­ста, ре­гу­ли­ро­ва­ния рын­ка недви­жи­мо­сти, на­ко­нец, ми­ро­во­го опы­та по­доб­ных про­ек­тов.

Са­мое глав­ное — учить ан­глий­ский

Я не жа­лею, что сме­ни­ла про­фес­сию и ушла из жур­на­ли­сти­ки. Сей­час у меня есть воз­мож­ность пуб­ли­ко­вать свои идеи в виде на­уч­ных ста­тей, а сво­и­ми мыс­ля­ми по те­ку­щим во­про­сам я по-преж­не­му могу по­де­лить­ся на дру­гих пло­щад­ках, на­пи­сать ко­лон­ку. С по­ли­ти­кой то же са­мое, но я по­крив­лю ду­шой, если не ска­жу, что была бы рада про­дви­гать идеи «ур­ба­ни­сти­ки здо­ро­во­го че­ло­ве­ка» у себя на ро­дине. Не знаю, вер­нусь ли я в Рос­сию — это за­ви­сит не от меня, но я буду рада, если и там от­кро­ет­ся окно воз­мож­но­стей. Я не за­го­няю себя в рам­ки и ста­ра­юсь де­лать то, что в дан­ный мо­мент при­но­сит боль­ше все­го от­да­чи.

Лю­дям, ко­то­рые сей­час вы­би­ра­ют про­фес­си­о­наль­ное на­прав­ле­ние, я могу по­со­ве­то­вать две вещи. Пер­вая — ра­бо­тай­те на сты­ке раз­ных сфер. Имен­но там бу­дут по­яв­лять­ся са­мые важ­ные от­кры­тия и изоб­ре­те­ния. В мире мно­го ур­ба­ни­стов и еще боль­ше эко­но­ми­стов, но мало тех, кто за­ни­ма­ет­ся го­ро­да­ми с точ­ки зре­ния эко­но­ми­ки. Здо­ро­во, ко­гда ты чув­ству­ешь себя на острие сво­ей темы и де­ла­ешь то, чем до тебя еще ни­кто не за­ни­мал­ся. Вто­рой обя­за­тель­ный пункт — учи­те ан­глий­ский язык. Сво­бод­ный ан­глий­ский от­кры­ва­ет мас­су воз­мож­но­стей, неза­ви­си­мо от того, где ты жи­вешь или учишь­ся. Зна­ние язы­ка по­мо­га­ет смот­реть на мир шире, чи­тать раз­ные ис­точ­ни­ки и быть гиб­ким — в том чис­ле и гео­гра­фи­че­ски.


Все са­мое важ­ное и ин­те­рес­ное со­би­ра­ем на стра­ни­цах «Цеха» в In­sta­gram и ВКон­так­те