1. Жизнь

«Региональные университеты тоже могут играть в большую игру»: как устроен тюменский образовательный гринфилд

Интервью с директором Школы перспективных исследований SAS Андреем Щербенком

© Фото из личного архива

Шко­лу пер­спек­тив­ных ис­сле­до­ва­ний в Тю­ме­ни на­зы­ва­ют «са­мым меж­ду­на­род­ным» ба­ка­лаври­а­том Рос­сии. Но­вое на­уч­но-об­ра­зо­ва­тель­ное под­раз­де­ле­ние Тюм­ГУ су­ще­ству­ет все­го два года, но уже кон­ку­ри­ру­ет с луч­ши­ми ву­за­ми стра­ны. Глав­ные от­ли­чия Шко­лы — обу­че­ние од­но­вре­мен­но на рус­ском и ан­глий­ском, сво­бод­ный вы­бор пред­ме­тов и пре­по­да­ва­те­лей, три чет­вер­ти из ко­то­рых по­лу­чи­ли PhD в уни­вер­си­те­тах из топ-100 ми­ро­вых рей­тин­гов THE и QS. Ру­ко­во­дит Шко­лой Ан­дрей Щер­бе­нок — про­фес­сор прак­ти­ки Мос­ков­ской шко­лы управ­ле­ния «Скол­ко­во». На фо­ру­ме Ed­Crunch 2019 в Москве он рас­ска­зал «Цеху», как с нуля со­здать ин­но­ва­ци­он­ную об­ра­зо­ва­тель­ную про­грам­му, чем при­влечь уче­ных из США и Ев­ро­пы в Тю­мень и по­че­му сту­ден­там нель­зя иг­рать в КВН.







Из Скол­ко­во в Тю­мень

К управ­ле­нию уни­вер­си­те­та­ми я не имел ни­ка­ко­го от­но­ше­ния, и как лю­бой нор­маль­ный ис­сле­до­ва­тель и пре­по­да­ва­тель, кри­ти­че­ски от­но­сил­ся к уни­вер­си­тет­ско­му ме­недж­мен­ту. У меня была чи­сто ака­де­ми­че­ская ка­рье­ра: я все­гда был на сто­роне про­фес­со­ров, ко­то­рым ад­ми­ни­стра­ция в луч­шем слу­чае не силь­но ме­ша­ет. Но по­том мне пред­ло­жи­ли ра­бо­ту в СКОЛ­КО­ВО, где как раз за­пус­ка­лись пер­вые про­грам­мы «Школ рек­то­ров» для управ­лен­че­ских ко­манд уни­вер­си­те­тов. Так я пе­ре­шел на сто­ро­ну зла и на­чал ра­бо­тать с ад­ми­ни­стра­ци­ей (сме­ет­ся). Неожи­дан­но я по­смот­рел на уни­вер­си­тет в це­лом. Если ты про­фес­сор, то ты ви­дишь толь­ко свою дис­ци­пли­ну, свою ка­фед­ру, кол­лег в дру­гих уни­вер­си­те­тах, но это очень сек­то­раль­ный взгляд. Бла­го­да­ря СКОЛ­КО­ВО я уви­дел пол­ную кар­ти­ну. А пять лет спу­стя Тю­мень ста­ла ло­гич­ным про­дол­же­ни­ем моих по­пы­ток объ­яс­нить уни­вер­си­те­там, как им жить.

Глав­ные фор­ма­ты ра­бо­ты с уни­вер­си­те­та­ми в СКОЛ­КО­ВО — это ин­те­гри­ро­ван­ная про­грам­ма, ко­гда на кам­пус при­ез­жа­ют люди из раз­ных го­ро­дов и де­ла­ют про­ек­ты по транс­фор­ма­ции сво­их уни­вер­си­те­тов, и стра­те­ги­че­ские сес­сии, ко­гда ко­ман­да СКОЛ­КО­ВО сама при­ез­жа­ет в уни­вер­си­тет. В Тю­мен­ском го­су­ни­вер­си­те­те мы спро­ек­ти­ро­ва­ли на­уч­но-об­ра­зо­ва­тель­ный грин­филд, то есть под­раз­де­ле­ние, со­здан­ное с нуля, без опо­ры на мест­ные тра­ди­ции и с дру­ги­ми нор­ма­ми де­я­тель­но­сти — то, что по­том по­лу­чи­ло на­зва­ние Шко­ла пер­спек­тив­ных ис­сле­до­ва­ний (SAS). За­тем рек­тор неожи­дан­но пред­ло­жил мне са­мо­му ре­а­ли­зо­вать этот про­ект. Это, ко­неч­но, ста­ло для меня вы­зо­вом.

EdCrunch / Facebook

Как обыг­рать сто­лич­ные уни­вер­си­те­ты

Сре­ди рос­сий­ско­го уни­вер­си­тет­ско­го со­об­ще­ства мы из­вест­ны как ра­ди­каль­ный и очень необыч­ный про­ект. Мы в усло­ви­ях Тю­ме­ни де­ла­ем то, что, по раз­ным при­чи­нам, не де­ла­ют уни­вер­си­те­ты в Москве и Санкт-Пе­тер­бур­ге. Тем са­мым мы по­ка­зы­ва­ем, что ре­ги­о­наль­ные уни­вер­си­те­ты, та­кие как Тюм­ГУ, тоже мо­гут иг­рать в боль­шую игру и не обя­за­ны до­воль­ство­вать­ся сво­им вто­ро­сте­пен­ным ста­ту­сом. Од­на­ко, что­бы кон­ку­ри­ро­вать, на­при­мер, с ВШЭ за аби­ту­ри­ен­тов, ее нель­зя ко­пи­ро­вать — если вы по­пы­та­е­тесь пред­ло­жить то же са­мое, Выш­ка сра­зу вы­иг­ра­ет с круп­ным сче­том про­сто за счет ло­ка­ции и рас­кру­чен­но­го брен­да. По­это­му неболь­шие ре­ги­о­наль­ные уни­вер­си­те­ты обя­за­ны быть бо­лее ин­но­ва­ци­он­ны­ми, чем сто­лич­ные мон­стры, и со­зда­вать та­кие необыч­ные про­ек­ты, как SAS.

Ко­гда мы толь­ко за­пус­ка­лись в 2017 году, мы ре­ша­ли нетри­ви­аль­ную за­да­чу — на­брать пер­вые 80 сту­ден­тов в несу­ще­ству­ю­щую шко­лу. Я при­ез­жал в ка­кую-ни­будь кру­тую гим­на­зию в Ом­ске или Сур­гу­те, встре­чал­ся с один­на­дца­ти­класс­ни­ка­ми и спра­ши­вал, в Тюм­ГУ кто-то со­би­ра­ет­ся по­сту­пать? Все в Пе­тер­бург и Моск­ву? Это оправ­да­но. Но учти­те, что че­рез пол­го­да в Тюм­ГУ от­кро­ет­ся та­кая кру­тая шко­ла… прав­да зда­ния, про­фес­со­ров и учеб­но­го пла­на у нас пока нет, но зато ка­кая кон­цеп­ция! (сме­ет­ся)

Сей­час мои ожи­да­ния от про­ек­та по­сто­ян­но рас­тут. Обыч­но люди при­хо­дят с вы­со­ки­ми ожи­да­ни­я­ми, а по­том идут на ком­про­мис­сы. У меня дру­гая си­ту­а­ция: я все-таки тоже на­хо­дил­ся под вли­я­ни­ем мифа о том, что в ре­ги­о­нах мало что воз­мож­но. Ко­гда я уви­дел, что есть спе­ци­а­ли­сты, ко­то­рые го­то­вы пе­ре­ехать ра­бо­тать в Тю­мень, я был очень рад. Надо же, люди с при­лич­ным об­ра­зо­ва­ни­ем го­то­вы здесь жить и ра­бо­тать! Сей­час я бы неко­то­рых из этих лю­дей даже не при­гла­сил, по­то­му что их уро­вень недо­ста­то­чен. Моя план­ка по­сто­ян­но рас­тет. И сту­ден­ты у нас объ­ек­тив­но ста­но­вят­ся луч­ше с каж­дым го­дом.

Фото из архива SAS

При­гла­шен­ные пре­по­да­ва­те­ли

Сей­час про­фес­со­ров из Тю­ме­ни в шта­те SAS нет — зато есть про­фес­со­ра из 11 стран мира, боль­шин­ство из них по­лу­чи­ли сте­пе­ни PhD в уни­вер­си­те­тах из пер­вой сот­ни ми­ро­вых рей­тин­гов. Пре­по­да­ва­те­ли из Тюм­ГУ ве­дут в SAS кур­сы по дис­ци­пли­нам, на ко­то­рых у нас нет сво­их лек­то­ров или по ко­то­рым в Тюм­ГУ есть ве­ду­щие на­уч­ные цен­тры.

При­гла­шен­ные пре­по­да­ва­те­ли при­ез­жа­ют толь­ко на свой курс и уез­жа­ют. На­при­мер, Лев Ма­но­вич и Ан­дрей Ма­нир­ко не яв­ля­ют­ся на­ши­ми штат­ны­ми пре­по­да­ва­те­ля­ми, но пре­по­да­ют мо­дуль­ные кур­сы в рам­ках на­шей ма­ги­стер­ской про­грам­мы по циф­ро­вой куль­ту­ре и ме­дий­но­му про­из­вод­ству. У Ма­но­ви­ча к тому же есть ис­сле­до­ва­тель­ский про­ект в Тю­ме­ни, по­это­му несколь­ко недель в году он в лю­бом слу­чае про­во­дит в Тюм­ГУ. Впро­чем, при­гла­шен­ные пре­по­да­ва­те­ли — это рас­про­стра­нен­ная в Рос­сии прак­ти­ка, ни­че­го уни­каль­но­го здесь нет. SAS от­ли­ча­ет то, что у нас есть 25 штат­ных меж­ду­на­род­ных про­фес­со­ров, ко­то­рые жи­вут в Тю­ме­ни по­сто­ян­но и ра­бо­та­ют здесь на пол­ную став­ку.

У лю­дей из-за ру­бе­жа есть пред­рас­суд­ки о Рос­сии: тут опас­но, мед­ве­ди хо­дят по ули­цам и во­об­ще ав­то­ри­та­ризм. Наше объ­яв­ле­ние о ва­кан­си­ях — это тест на кри­ти­че­ское мыш­ле­ние. Если оно у че­ло­ве­ка раз­ви­то пло­хо, и он за чи­стую мо­не­ту при­ни­ма­ет все, что пуб­ли­ку­ет­ся в ме­диа, то он не бу­дет по­да­вать за­яв­ку на ра­бо­ту в Тю­мень, и это хо­ро­шо. Так на ну­ле­вой ста­дии у нас про­ис­хо­дит от­бор лю­дей, ко­то­рые осмыс­ля­ют ре­аль­ность бо­лее слож­ным об­ра­зом. В ос­нов­ном про­фес­со­ров при­вле­ка­ет воз­мож­ность за­ни­мать­ся ис­сле­до­ва­ни­я­ми. Если им уда­ет­ся сфор­му­ли­ро­вать ин­те­рес­ный для себя и для SAS ис­сле­до­ва­тель­ский про­ект, а нам уда­ет­ся снять их опа­се­ния по по­во­ду Рос­сии в це­лом и Си­би­ри в част­но­сти, то они при­со­еди­ня­ют­ся к нам.

У людей из-за рубежа есть предрассудки о России: тут все ненадежно, медведи ходят по улицам и вообще авторитаризм. Наше приглашение — это тест на критическое мышление
Андрей Щербенок

На нашу по­след­нюю про­ект­но-ана­ли­ти­че­скую сес­сию по ди­зай­ну муль­ти­дис­ци­пли­нар­ных ис­сле­до­ва­тель­ских про­ек­тов при­е­хал ка­над­ский ан­тро­по­лог ир­ланд­ско­го про­ис­хож­де­ния. Он уже фак­ти­че­ски при­нял наше пред­ло­же­ние о ра­бо­те, и тут ему пред­ло­жи­ли по­сто­ян­ную по­зи­цию в Uni­ver­sity Col­lege Lon­don, ко­то­рой за­ни­ма­ет 8-е ме­сто в ми­ро­вом рей­тин­ге уни­вер­си­те­тов QS. Он, пред­ска­зу­е­мо, вы­брал UCL, то есть та­кую кон­ку­рен­цию мы про­иг­ры­ва­ем. Но если у че­ло­ве­ка есть аль­тер­на­ти­ва в виде ка­ко­го-то вто­ро­сорт­но­го за­пад­но­го уни­вер­си­те­та, то мы вполне мо­жем вы­иг­рать, по­то­му что у нас ин­те­рес­нее: мы на­хо­дим­ся в ста­дии ста­нов­ле­ния и экс­пе­ри­мен­ти­ро­ва­ния в об­ла­сти об­ра­зо­ва­ния, а наш муль­ти­дис­ци­пли­нар­ный под­ход к ис­сле­до­ва­ни­ям по­чти ни­где не встре­ча­ет­ся в та­кой ра­ди­каль­ной фор­ме.

Фото из архива SAS

В про­шлом году к нам при­е­ха­ло два про­фес­со­ра, ко­то­рые бро­си­ли tenure — по­жиз­нен­ные про­фес­сор­ские по­зи­ции, с ко­то­рых их не мог­ли уво­лить — одна в Но­вой Зе­лан­дии, вто­рая в США — про­сто по­то­му, что они ис­чер­па­ли там воз­мож­но­сти для сво­е­го раз­ви­тия. Мы, кста­ти, пла­тим им зна­чи­тель­но мень­ше, чем они по­лу­ча­ли на преды­ду­щих ме­стах ра­бо­ты — хотя, ко­неч­но, и сто­и­мость жиз­ни в Тю­ме­ни ниже.

Транс­фор­ма­ция сту­ден­тов

Сту­дент, обу­ча­ясь в SAS, дол­жен пе­ре­жить транс­фор­ма­цию. За 4 года ба­ка­лаври­а­та недо­ста­точ­но при­об­ре­сти еще 20% или 40%, или 60% зна­ний по срав­не­нию с тем, что вы по­лу­чи­ли за 11 лет сред­ней шко­лы. Сту­дент дол­жен пе­рей­ти на ка­че­ствен­но дру­гой уро­вень по­ни­ма­ния и мира в це­лом, во всей его он­то­ло­ги­че­ской слож­но­сти, и кон­крет­ных дис­ци­пли­нар­ных об­ла­стей, в ко­то­рых он спе­ци­а­ли­зи­ру­ет­ся. Ин­ди­ви­ду­а­ли­за­ция об­ра­зо­ва­ния, на ко­то­рую SAS де­ла­ет став­ку — это ин­стру­мент для ре­ше­ния этой за­да­чи.

В поль­зу та­ко­го под­хо­да есть два ос­нов­ных ар­гу­мен­та. Во-пер­вых, ры­нок тру­да очень раз­но­об­ра­зен, там нуж­ны люди с уни­каль­ным и даже стран­ным на­бо­ром ком­пе­тен­ций. Стив Дж­обс вряд ли мог пред­ска­зать, как ему при­го­дит­ся кал­ли­гра­фия. (Стив Дж­обс в ка­че­стве воль­но­слу­ша­те­ля по­се­щал в Reed Col­lege курс по кал­ли­гра­фии. Этот опыт лег в ос­но­ву ти­по­гра­фи­ки и ди­зай­на пер­во­го ком­пью­те­ра Mac­in­tosh. — Прим. Цеха.) Чем боль­ше бу­дет ин­ди­ви­ду­аль­ных тра­ек­то­рий, тем боль­ше неожи­дан­ных на­бо­ров ком­пе­тен­ций мы по­лу­чим на вы­хо­де, тем луч­ше бу­дет для рын­ка тру­да, по­то­му что эти люди бу­дут вос­тре­бо­ва­ны.

Фото из архива SAS

Вто­рой ар­гу­мент свя­зан с тем, что надо по­ста­вить сту­ден­та в по­зи­цию субъ­ек­та об­ра­зо­ва­ния. Он дол­жен со­вер­шать вы­бор и пла­тить за непра­виль­ные ре­ше­ния. В SAS сту­ден­ты не про­сто сво­бод­но вы­би­ра­ют бо­лее тре­ти учеб­ных кур­сов, они име­ют воз­мож­ность по­ме­нять на­прав­ле­ние под­го­тов­ки по­сле вто­ро­го года обу­че­ния. При­мер­но по­ло­ви­на сту­ден­тов поль­зу­ют­ся этой воз­мож­но­стью, то есть пер­вые два кур­са ме­ня­ют их дис­ци­пли­нар­ное са­мо­опре­де­ле­ние.

Еще один важ­ней­ший ин­стру­мент для транс­фор­ми­ру­ю­ще­го об­ра­зо­ва­ния — столк­но­ве­ние с иным. У нас ина­ко­вость обес­пе­чи­ва­ет­ся в первую оче­редь пре­по­да­ва­те­ля­ми со все­го мира. Для сту­ден­та, даже за­кон­чив­ше­го хо­ро­шую рос­сий­скую сред­нюю шко­лу, уви­деть пре­по­да­ва­те­ля из Ка­ли­фор­нии или Ита­лии, ко­то­рый пер­вый раз при­е­хал в Рос­сию, про­ве­сти с ним 48 ча­сов се­ми­нар­ских за­ня­тий, де­лать про­ек­ты, пи­сать эссе и во­об­ще ком­му­ни­ци­ро­вать — это очень боль­шой сдвиг со­зна­ния.

Элит­ное об­ра­зо­ва­ние

Мы ори­ен­ти­ро­ва­ны на силь­ных сту­ден­тов и пы­та­ем­ся сде­лать так, что­бы им было ин­те­рес­но. Если в про­цес­се сла­бая по­ло­ви­на сту­ден­тов вы­нуж­де­на бу­дет от­чис­лить­ся — это их про­бле­ма. Чаще все­го сту­ден­ты от­чис­ля­ют­ся из-за ан­глий­ско­го, хотя мы с са­мо­го на­ча­ла пре­ду­пре­жда­ем, что 80% на­ших учеб­ных кур­сов ан­гло­языч­ные. Важ­но по­нять, что ан­глий­ский язык для нас — это не фе­тиш, а един­ствен­ная воз­мож­ность на­ни­мать про­фес­со­ров по все­му миру. Если тре­бо­вать от на­ших бу­ду­щих про­фес­со­ров зна­ния рус­ско­го, мы оста­нем­ся с очень неболь­шой и не са­мой луч­шей ко­гор­той по­тен­ци­аль­ных кан­ди­да­тов.

Нас не ин­те­ре­су­ет сред­не­ста­ти­сти­че­ский вы­пуск­ник сред­ней шко­лы. Если он не мо­жет кон­цен­три­ро­вать вни­ма­ние боль­ше пяти ми­нут и про­чи­тать текст длин­нее двух аб­за­цев, то это мо­жет быть про­бле­ма для си­сте­мы выс­ше­го об­ра­зо­ва­ния, но не для SAS. К нам при­ез­жа­ют сту­ден­ты от Санкт-Пе­тер­бур­га до Ком­со­моль­ска-на-Аму­ре, и мы най­дем 100 «сво­их» аби­ту­ри­ен­тов в год, тем бо­лее что для боль­шин­ства сту­ден­тов обу­че­ние в SAS бес­плат­ное.

Фото из архива SAS

На мой взгляд, рос­сий­ские уни­вер­си­те­ты пло­хо уме­ют ра­бо­тать с та­лант­ли­вы­ми сту­ден­та­ми. Мно­гие вы­пуск­ни­ки силь­ных гим­на­зий и ли­це­ев быст­ро разо­ча­ро­вы­ва­ют­ся в ба­ка­лаври­а­тах даже са­мых луч­ших на­ших уни­вер­си­те­тов. В 2020 году мы за­пу­стим в SAS ма­ги­стер­скую про­грам­му «Экс­пе­ри­мен­таль­ное выс­шее об­ра­зо­ва­ние» что­бы под­го­то­вить лю­дей, спо­соб­ных из­ме­нить эту си­ту­а­цию.

Кста­ти, еще в SAS нет КВН. По­пу­ляр­ность по­доб­ных фор­ма­тов свя­за­на с тем, что об­ра­зо­ва­тель­ная про­грам­ма уни­вер­си­те­тов за­ча­стую до­воль­но тоск­ли­ва, и все жи­вое кон­цен­три­ру­ет­ся во вне­учеб­ной де­я­тель­но­сти. У нас же, хо­чет­ся на­де­ять­ся, до­ста­точ­но жиз­ни и в об­ра­зо­ва­тель­ном про­цес­се.

О бу­ду­щем Тюм­Гу

Тюм­ГУ — са­мый ди­на­мич­но ме­ня­ю­щий­ся уни­вер­си­тет в Рос­сии, ко­то­рый я знаю. На­при­мер, с это­го года весь пер­вый курс уни­вер­си­те­та, неза­ви­си­мо от на­прав­ле­ния под­го­тов­ки, учит­ся по об­щей «ядер­ной» про­грам­ме в еди­ном об­ра­зо­ва­тель­ном про­стран­стве — с еди­ны­ми ба­зо­вы­ми кур­са­ми, ин­ди­ви­ду­аль­ны­ми тра­ек­то­ри­я­ми и сот­ня­ми элек­ти­вов. Так что SAS — наи­бо­лее ре­во­лю­ци­он­ный, но да­ле­ко не един­ствен­ный транс­фор­ма­ци­он­ный про­ект в уни­вер­си­те­те. Мы су­ще­ству­ем в управ­лен­че­ском кон­тек­сте, ори­ен­ти­ро­ван­ном на из­ме­не­ния, и это по­мо­га­ет.

Я счи­таю, что лю­бые транс­фор­ма­ции в уни­вер­си­те­те воз­мож­ны толь­ко в жест­ко цен­тра­ли­зо­ван­ной си­сте­ме управ­ле­ния. Нам не нуж­но было по­лу­чать одоб­ре­ние боль­шин­ства со­труд­ни­ков Тюм­ГУ, что­бы при­нять ре­ше­ние о со­зда­нии SAS. С точ­ки зре­ния ре­сур­сов мы ни у кого ни­че­го не от­ни­ма­ем: уни­вер­си­тет яв­ля­ет­ся участ­ни­ком про­ек­та 5-100, ко­то­рый со­здан для ре­а­ли­за­ции транс­фор­ма­ци­он­ных про­ек­тов в уни­вер­си­те­тах, по­лу­ча­ет от­ту­да день­ги, и лишь часть их тра­тит­ся на Шко­лу. Дру­гие струк­тур­ные под­раз­де­ле­ния от это­го толь­ко вы­иг­ры­ва­ют. Од­на­ко, ко­гда весь уни­вер­си­тет ме­ня­ет­ся, это вы­зы­ва­ет со­про­тив­ле­ние у мно­гих про­фес­со­ров, а SAS — сим­вол об­ще­уни­вер­си­тет­ских пе­ре­мен. На са­мом деле, все за­ви­сит от того, ви­дит ли тот или иной со­труд­ник себя в ме­ня­ю­щем­ся уни­вер­си­те­те. Если ви­дит — то тот факт, что, ска­жем, про­фес­сор SAS, ко­то­рый толь­ко что опуб­ли­ко­вал мо­но­гра­фию в Ox­ford Uni­ver­sity Press, по­лу­ча­ет бо­лее вы­со­кую зар­пла­ту, его не сму­ща­ет — он по­ла­га­ет, что со вре­ме­нем и сам бу­дет ра­бо­тать на та­ком уровне. Если же он себя в но­вом уни­вер­си­те­те не ви­дит — си­ту­а­ция дру­гая.