1. Практика

«А теперь твори». Как учат в легендарной лондонской школе дизайна Saint Martins

Журналистка Ольга Кузьменкова о коротких программах в Университете искусств

Жур­на­лист­ка Оль­га Кузь­мен­ко­ва, ос­нов­ной ра­бо­чий опыт ко­то­рой был свя­зан с тек­ста­ми, пе­ре­еха­ла из Рос­сии в Бри­та­нию и осу­ще­стви­ла свою дав­нюю меч­ту — по­шла учить­ся в Cen­tral Saint Mar­tins, один из кол­ле­джей Уни­вер­си­те­та ис­кусств Лон­до­на. Saint Mar­tins — мек­ка со­вре­мен­но­го ди­зай­на и моды, из его стен вы­шли Алек­сандр Мак­ку­ин, Стел­ла Мак­карт­ни, там от му­зы­каль­ной ка­рье­ры от­ды­хал Джар­вис Ко­кер (его груп­па Pulp упо­ми­на­ла кол­ледж в песне Com­mon Peo­ple). О сво­ем опы­те она по­дроб­но рас­ска­за­ла «Цеху».







Ре­пу­та­ция учеб­но­го за­ве­де­ния вну­ша­ла, но чему там учить­ся имен­но мне, я со­вер­шен­но не пред­став­ля­ла. Мысль о моем вро­де как несо­от­вет­ствии ме­сту оста­нав­ли­ва­ла меня от уче­бы в Saint Mar­tins че­ты­ре года — даже несмот­ря на то, что мне все­гда были ин­те­рес­нее ко­рот­кие кур­сы, а не пол­но­цен­ная учеб­ная про­грам­ма. «И во­об­ще, сколь­ко мож­но учить­ся? И за­чем взрос­ло­му учить­ся чему-то, что за­ве­до­мо непри­ме­ни­мо на прак­ти­ке?» — та­кие мыс­ли по­яв­ля­лись в го­ло­ве каж­дый раз, ко­гда я от­кры­ва­ла на сай­те спи­сок ко­рот­ких кур­сов.

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

A post shared by Ole Oooooooooooooooooo! (@okuzmenkova) on

Миф во­круг Saint Mar­tins был на­столь­ко ве­лик, что в ка­кой-то мо­мент за­глу­шил го­лос мо­е­го внут­рен­не­го кри­ти­ка. Я ре­ши­ла, что пой­ду туда учить­ся, по­то­му что про­сто хо­чет­ся и по­то­му что про­сто ин­те­рес­но. Ну и во­об­ще, же­ла­ние — это уже до­ста­точ­ный по­вод для чего-либо.

Стыд­но при­знать­ся, но учеб­ную про­грам­му я в ито­ге вы­бра­ла по­чти что «ме­то­дом тыка». Дело в том, что я так дол­го со­мне­ва­лась, что ме­ста на ин­те­рес­ных мне про­грам­мах уже рас­хва­та­ли. Так что я вы­бра­ла дру­гой курс, по­ка­зав­ший­ся ин­те­рес­ным, за­жму­ри­лась и прыг­ну­ла.

Че­рез две неде­ли я ока­за­лась на ин­тен­си­ве по гра­фи­че­ско­му ди­зай­ну для на­чи­на­ю­щих.

Обыч­но ко­рот­кие про­грам­мы в Уни­вер­си­те­те ис­кусств Лон­до­на идут 10 недель: за­ня­тия по 3 часа раз в неде­лю. Ин­тен­сив — это та­кая же про­грам­ма, но за неде­лю: за­ня­тия идут 5 дней, с 10 утра до 5 ве­че­ра. Все­го 30 учеб­ных ча­сов.

Сто­и­мость кур­са — £580

Обу­че­ние стро­ит­ся во­круг прак­ти­ки. Вме­сто вве­де­ния и лек­ции о тео­рии цве­та и ком­по­зи­ции на пер­вом за­ня­тии нам раз­да­ли по 24 чер­ных квад­ра­та и ска­за­ли: «Тво­ри­те!» С по­мо­щью этих квад­ра­тов за час нуж­но было вы­ра­зить шесть аб­стракт­ных по­ня­тий: «по­ря­док», «на­пря­же­ние», «игра» и дру­гие. По­том мы рас­смат­ри­ва­ли ра­бо­ты друг дру­га, об­суж­да­ли сов­па­де­ния. На раз­бо­ре вы­яс­ни­лось: ока­зы­ва­ет­ся, это за­да­ние было на­прав­ле­но на то, что­бы мы по­чув­ство­ва­ли воз­мож­но­сти ви­зу­аль­но­го язы­ка и по­про­бо­ва­ли вы­ра­зить яв­ле­ния с по­мо­щью ба­зо­вых форм.

Сле­ду­ю­щим за­да­ни­ем было на­ри­со­вать несу­ще­ству­ю­щие до­рож­ные зна­ки: «Осто­рож­но, му­ра­вьи­ная фер­ма», «Пе­ше­ход­ный пе­ре­ход для акул». Раз­дав нам ли­сточ­ки с за­да­ни­я­ми, одна из пре­по­да­ва­те­лей, ми­лая де­вуш­ка по име­ни Мэй в круг­лых оч­ках и ру­баш­ке с ди­ким прин­том, вклю­чи­ла джаз и по­со­ве­то­ва­ла всем мак­си­маль­но рас­сла­бить­ся. «По­ни­маю, что вы не учи­лись в Saint Mar­tins и вам тут все в но­вин­ку. Но про­сто до­верь­тесь мне: здесь очень рас­слаб­лен­ная ат­мо­сфе­ра, про­сто по­лу­чай­те удо­воль­ствие от про­цес­са», — ска­за­ла она, на­чав при­тан­цо­вы­вать.

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

A post shared by Ole Oooooooooooooooooo! (@okuzmenkova) on

Эмо­ции от по­сле­ду­ю­щих пяти дней слож­но опи­сать сло­ва­ми — ка­кое-то за­пре­дель­ное сча­стье, ра­дость твор­че­ства и игры. Из ко­ло­нок иг­ра­ет джаз, сто­лы об­ля­па­ны крас­кой (твор­че­ский бес­по­ря­док — неотъ­ем­ле­мая часть кол­ле­джа), 10 че­ло­век со все­го све­та — от Япо­нии до Бра­зи­лии, от Ав­стра­лии до Бри­та­нии — ло­ма­ют го­ло­ву над за­да­ни­я­ми, ре­жут цвет­ную бу­ма­гу, об­суж­да­ют за­рож­да­ю­щи­е­ся идеи с пре­по­да­ва­те­ля­ми.

Не знаю как в це­лом в Saint Mar­tins, но на ко­рот­ких кур­сах пре­по­да­ва­те­ли все­гда тол­ка­ют сту­ден­тов впе­ред, вы­би­ва­ют их из зоны ком­фор­та. Если кто-то неуве­рен­но го­во­рит на ан­глий­ском и ока­зал­ся в Лон­доне глав­ным об­ра­зом ради язы­ко­вых кур­сов, то от та­ко­го сту­ден­та в арт-кол­ле­дже не тре­бу­ют про­ры­ва с учеб­ным про­ек­том. Прав­да, это не зна­чит, что от него ни­че­го не бу­дут тре­бо­вать — пре­по­да­ва­те­ли все рав­но бу­дут за­да­вать во­про­сы и за­став­лять мно­го ду­мать.

А если сту­дент уве­рен­но вла­де­ет ан­глий­ским, в твор­че­ской сре­де чув­ству­ет себя в сво­ей та­рел­ке и мо­мен­таль­но вы­да­ет небез­на­деж­ные идеи, пре­по­да­ва­тель бу­дет про­сить его оста­но­вить­ся и по­ду­мать еще. Это нуж­но де­лать, что­бы че­ло­век на­учил­ся ду­мать за пре­де­ла­ми пер­вой и вто­рой ас­со­ци­а­ции — там, где за­кан­чи­ва­ет­ся зона ком­фор­та и на­чи­на­ет­ся ма­гия: вдруг ты на­хо­дишь тон­кие ло­ги­че­ские свя­зи, при­ду­мы­ва­ешь неоче­вид­ные идеи, за ни­точ­ку вы­тя­ги­ва­ешь что-то очень важ­ное из кон­тек­ста. Я ни­ко­гда не ду­ма­ла, что в арт-кол­ле­дже у меня бу­дет бо­леть го­ло­ва от на­пря­же­ния.

Ко­ро­че, на ко­рот­ких кур­сах в Saint Mar­tins при­хо­дит­ся очень мно­го ду­мать. Сна­ча­ла ду­ма­ешь что­бы соз­дать что-то слож­ное и неоче­вид­ное; по­том ду­ма­ешь, что­бы из это­го слож­но­го вы­бро­сить все лиш­нее и сде­лать слож­ное мак­си­маль­но про­стым. Все пер­вые идеи — как ле­та­ю­щий трех­этаж­ный торт с кре­мом, шо­ко­ла­дом, мар­ци­па­ном, гла­зу­рью и са­хар­ны­ми по­сып­ка­ми. Все по­след­ние идеи — это взби­тые слив­ки, ко­то­рые ты вы­ли­ва­ешь себе в рот пря­мо из бан­ки.

В рам­ках фи­наль­но­го про­ек­та на кур­се было соз­дать но­вую ай­ден­ти­ку для ре­аль­но су­ще­ству­ю­ще­го в Лон­доне «Му­зея ди­зай­на»: при­ду­мать кон­цеп­цию, на­ри­со­вать ло­го­тип, вы­брать под­хо­дя­щие шриф­ты и цве­та, сде­лать по­сте­ры и при­ме­ры су­ве­ни­ров. Вре­ме­ни было в об­рез: в чет­верг мы схо­ди­ли всей груп­пой в му­зей, что­бы на­брать ре­фе­рен­сов, а уже в пят­ни­цу ве­че­ром пре­зен­то­ва­ли про­ек­ты (на­пом­ню, что это был курс для но­вич­ков, и на­чал­ся он все­го лишь в по­не­дель­ник).

Не знаю, как все осталь­ные, но весь ве­чер чет­вер­га я про­ве­ла с блок­но­том в ру­ках, де­лая на­брос­ки ло­го­ти­па. На раз­бор фи­наль­ных ра­бот пре­по­да­ва­те­ли при­нес­ли шам­пан­ское и устро­и­ли шу­точ­ное от­кры­тие на­шей вы­став­ки: ми­нут пят­на­дцать все хо­ди­ли по пе­ри­мет­ру класс­ной ком­на­ты и со зна­че­ни­ем оце­ни­ва­ли кто что сде­лал.

Во­об­ще-то раз­бор ра­бот в Saint Mar­tins на­зы­ва­ет­ся crits — «кри­ти­кой», но на са­мом деле пре­по­да­ва­те­ли ни­ко­гда не кри­ти­ку­ют ра­бо­ты и не срав­ни­ва­ют ра­бо­ты раз­ных лю­дей. Вме­сто это­го они го­во­рят о силь­ных сто­ро­нах про­ек­та и о том, как его мож­но раз­вить даль­ше, что в нем мож­но уси­лить. Для че­ло­ве­ка, вы­рос­ше­го на об­лом­ках Со­вет­ско­го Со­ю­за, та­кой под­ход к раз­бо­ру по­ле­тов был ре­во­лю­ци­ей в жиз­нен­ном опы­те: в Saint Mar­tins я ни разу не слы­ша­ла раз­ру­ша­ю­щей и уни­жа­ю­щей кри­ти­ки, свой­ствен­ной шко­лам в Рос­сии. Вме­сто это­го — под­держ­ка и без­опас­ная твор­че­ская сре­да, где мож­но пе­ре­стать бо­ять­ся и по­про­бо­вать раз­ное.

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

A post shared by Ole Oooooooooooooooooo! (@okuzmenkova) on

Ве­ро­ят­но, в этом ме­сте вам за­хо­те­лось за­дать во­прос: «А смысл-то в этой уче­бе был? Есть ка­кой-то эф­фект?»

От­ве­чаю: есть.

Во­об­ще я от это­го кур­са осо­бо ни­че­го не жда­ла и была на­стро­е­на скеп­ти­че­ски: ну чему мож­но на­учить­ся за неде­лю, ка­мон? Но ре­аль­ность пре­взо­шла мои ожи­да­ния. Это был пе­ре­во­рот в со­зна­нии и на­ча­ло со­вер­шен­но но­вой стра­ни­цы.

Неожи­дан­но для себя я ста­ла ри­со­вать, хотя до это­го ни­ко­гда не бра­ла в руки ни ка­ран­да­ши, ни ки­сти, и все­гда счи­та­ла себя че­ло­ве­ком, ко­то­ро­му не надо даже пы­тать­ся ри­со­вать, по­то­му что ну про­сто не дано. Я ста­ла со­вер­шен­но по-дру­го­му вос­при­ни­мать то, что я вижу, об­ра­щать вни­ма­ние на де­та­ли, цве­та, шриф­ты, тек­сту­ры, пат­тер­ны. Это по­хо­же на ощу­ще­ния че­ло­ве­ка, вы­учив­ше­го пер­вые пять­сот слов на ино­стран­ном язы­ке: еще не все по­нят­но, но уже по­яви­лась неболь­шая база для того, что­бы учить­ся даль­ше, за­да­вать себе во­про­сы, за­ме­чать за­ко­но­мер­но­сти, ин­те­ре­со­вать­ся пред­ме­том и раз­ви­вать­ся са­мо­сто­я­тель­но. Я осу­ще­стви­ла еще одну свою дав­нюю меч­ту: взя­ла в руки фо­то­ап­па­рат и на­ча­ла сни­мать, а че­рез два ме­ся­ца по­шла в Saint Mar­tins на 10-недель­ный курс по фо­то­гра­фии — и во­об­ще уле­те­ла в кос­мос (но это уже дру­гая ис­то­рия).

На­ко­нец, од­ним из са­мых кру­тых до­сти­же­ний для меня ста­ло то, что я ста­ла спо­кой­нее от­но­сить­ся к рис­ку. Твор­че­ский про­цесс — это по­иск но­вых свя­зей и смыс­лов; ис­кать их и про­ве­рять на проч­ность — это и есть риск, без него твор­че­ство невоз­мож­но. Но этот риск про­ис­хо­дит от азар­та, по­то­му что там, где есть что-то но­вое, все­гда есть ме­сто игре. Если про­сто про­дол­жать иг­рать, мало что в жиз­ни мож­но за­фа­ка­пить бес­по­во­рот­но.