1. Практика

«Я так увлеклась, что ушла с работы и от мужа». Как политолог стала преподавателем танцев

Вероника Чернышева — о мечтах родителей, собственном выборе и творческой свободе после кандидатской по политологии

Обыч­но сло­во «pivot» при­ме­ня­ют по от­но­ше­нию к стар­та­пам — оно озна­ча­ет сме­ну биз­нес-мо­де­ли, про­дук­та или сфе­ры де­я­тель­но­сти. А мы на­зва­ли так но­вую руб­ри­ку с ис­то­ри­я­ми лю­дей, ко­то­рые пол­но­стью из­ме­ни­ли свою ка­рье­ру. Ве­ро­ни­ка Чер­ны­ше­ва — кан­ди­дат по­ли­ти­че­ских наук, ра­бо­та­ла по­ли­то­ло­гом, а за­тем рез­ко сме­ни­ла ка­рье­ру и ушла в тан­це­валь­ную им­про­ви­за­цию. Сей­час Ве­ро­ни­ка ру­ко­во­дит об­ра­зо­ва­тель­ны­ми кур­са­ми для тан­цо­ров «Про Дви­же­ние» и ви­део-про­ек­том «Спон­тан­ная хо­рео­гра­фия». Она рас­ска­зала о том, как ре­ши­лась оста­вить ста­биль­ную долж­ность, где учил­ась тан­це­вать и как им­про­ви­за­ция по­мо­га­ет ей в жиз­ни.







Из тан­цев в МГИ­МО и об­рат­но

Я с дет­ства за­ни­ма­лась тан­ца­ми и меч­та­ла стать ба­ле­ри­ной, но ро­ди­те­ли счи­та­ли, что в этой про­фес­сии слож­но себя обес­пе­чить. Мама хо­те­ла, что­бы я ста­ла ди­пло­ма­том, по­сту­пи­ла на «меж­ду­на­род­ные от­но­ше­ния» и ра­бо­та­ла по­слом Рос­сии во Фран­ции. В 11 клас­се они на­сто­я­ли на том, что­бы я бро­си­ла тан­цы и го­то­ви­лась к по­ступ­ле­нию. Я под­да­лась и ушла из ба­ле­та.

Сна­ча­ла я учи­лась в СПб­ГУ на фа­куль­те­те меж­ду­на­род­ных от­но­ше­ний, а за­тем окон­чи­ла ма­ги­стра­ту­ру МГИ­МО. Не жа­лею, что учи­лась там: я по­лу­чи­ла дей­стви­тель­но хо­ро­шее об­ра­зо­ва­ние, сво­бод­но го­во­рю на двух язы­ках, по­се­ти­ла мно­же­ство кон­фе­рен­ций и по­гру­зи­лась в меж­ду­на­род­ную сту­ден­че­скую сре­ду.

По­сле уни­вер­си­те­та я была ру­ко­во­ди­те­лем Мос­ков­ско­го от­де­ле­ния об­ще­рос­сий­ской об­ще­ствен­ной ор­га­ни­за­ции «По­ко­ле­ние Ай Пи», ко­то­рая хо­те­ла соз­дать неза­ви­си­мую ли­бе­раль­ную пар­тию, бо­роть­ся за пра­ва че­ло­ве­ка, сво­бод­ные и чест­ные вы­бо­ры, со­блю­де­ние норм меж­ду­на­род­но­го пра­ва, вы­сту­пать про­тив кор­руп­ции. Ко­неч­но, все это хо­ро­шо, но это слож­но сде­лать в Рос­сии. Па­рал­лель­но с ра­бо­той я ре­ши­ла сно­ва на­чать хо­дить на тан­цы для удо­воль­ствия. Там я узна­ла о но­вом для себя на­прав­ле­нии — con­tem­po­rary dance. Для меня оно со­че­та­ло ба­лет, ко­то­рым я за­ни­ма­лась все дет­ство и но­вый, бо­лее сво­бод­ный под­ход к тан­цу.

У нас была ма­лень­кая груп­па, хо­ди­ли не все, а ино­гда на за­ня­ти­ях была толь­ко одна я. Мы очень по­дру­жи­лась с пе­да­го­гом, и че­рез пол­го­да она при­гла­си­ла меня при­со­еди­нить­ся к сво­ей ко­ман­де, с ко­то­рой она ре­пе­ти­ро­ва­ла тан­це­валь­ный спек­такль. Это ста­ло на­ча­лом мо­е­го да­ун­шиф­тин­га.

Как все из­ме­ни­лось

На ре­пе­ти­ци­ях было мно­го ве­щей, свя­зан­ных с пси­хо­ло­ги­ей и ис­сле­до­ва­ни­ем себя. Че­рез та­нец я на­ча­ла ду­мать о том, кто я и чего я на са­мом деле хочу.

В 24 года я по­ня­ла, что всю жизнь жила же­ла­ни­я­ми сво­их ро­ди­те­лей, и в част­но­сти сво­ей мамы, ко­то­рая хо­те­ла, что­бы у меня была пре­стиж­ная ра­бо­та и хо­ро­ший муж. В ито­ге я так увлек­лась тан­цем, что ушла и с ра­бо­ты, и от мужа

Пол­го­да я сов­ме­ща­ла ра­бо­ту и тан­цы, а за­тем взя­ла пе­ре­рыв на два года. За­ра­ба­ты­вать на жизнь од­ни­ми тан­ца­ми ока­за­лось очень слож­но. Я на­ча­ла пре­по­да­вать и под­ра­ба­ты­вать ре­пе­ти­то­ром ан­глий­ско­го и фран­цуз­ско­го. В это же врем я до­пи­сы­ва­ла свою дис­сер­та­цию. Я все вре­мя хо­те­ла уйти из ас­пи­ран­ту­ры, но, по на­сто­я­нию ро­ди­те­лей, оста­лась. Моя тема зву­ча­ла так: «Пред­ста­ви­тель­ство ин­те­ре­сов рос­сий­ско­го биз­не­са в Ев­ро­пей­ском Со­ю­зе». В ито­ге меня при­гла­си­ли ра­бо­тать по про­фес­сии — в ас­со­ци­а­цию биз­не­са, ко­то­рая за­ни­ма­ет­ся пред­ста­ви­тель­ством ин­те­ре­сов Рос­сии в Ев­ро­со­ю­зе — «Круг­лый стол про­мыш­лен­ни­ков Рос­сии и ЕС». Я по­ня­ла, что надо со­гла­сить­ся, что­бы за­ра­бо­тать. Еще несколь­ко лет я сов­ме­ща­ла пя­ти­днев­ный гра­фик и тре­ни­ров­ки: мой ра­бо­то­да­тель по­шел на мои усло­вия и все­гда меня от­пус­кал.

По­сле двух­лет­не­го да­ун­шиф­тин­га ра­бо­тать как рань­ше я уже не мог­ла. Мне боль­ше не хо­те­лось де­лать что-то, по­то­му что «надо», я по­сто­ян­но за­да­ва­ла себе во­про­сы: за­чем это? что это зна­чит? ка­кой это несет по­сыл в мир? Мне хо­те­лось уйти с ра­бо­ты, но вы­со­кая зар­пла­та, гиб­кий гра­фик и то, как ру­ко­вод­ство шло мне на­встре­чу, не да­ва­ло мне уво­лить­ся. Пе­ре­лом­ным мо­мен­том стал де­крет. Я по­ня­ла, что не вер­нусь в офис и буду за­ни­мать­ся толь­ко сво­им де­лом.

Тан­це­валь­ные про­ек­ты

Уже пять лет я ру­ко­во­жу тан­це­валь­ным про­ек­том «Про Дви­же­ние»: мы ор­га­ни­зу­ем ма­стер-клас­сы для тан­цов­щи­ков и хо­рео­гра­фов. Па­рал­лель­но я сама веду за­ня­тия по им­про­ви­за­ции. В 2019 году я за­пу­сти­ла ви­део-про­ект «Спон­тан­ная хо­рео­гра­фия», где все участ­ни­ки им­про­ви­зи­ру­ют на сцене. У нас есть «Тан­цы» на ТНТ, ко­то­рые смот­рят все, а мне хо­те­лось соз­дать некий твор­че­ский ана­лог. Я хо­те­ла по­ка­зать, что та­нец не за­кан­чи­ва­ет­ся, ко­гда ты как сол­дат по­вто­ря­ешь за­учен­ную хо­рео­гра­фию. В тан­це ты ху­дож­ник, ко­то­рый тво­рит здесь и сей­час че­рез свое тело. Ко­гда я вижу, что че­ло­век по­па­да­ет в этот про­цесс жи­во­го твор­че­ства, то по­ни­маю, ради чего я здесь.

По­чув­ство­вав эту сво­бо­ду, ты не мо­жешь об­ма­нуть себя и ра­бо­тать в ка­кой-ни­будь кор­по­ра­ции

Да, у тебя бу­дет боль­шая зар­пла­та, ты бу­дешь спо­кой­но де­лать свою ра­бо­ту, но со­ско­чить с тан­цев у тебя уже не по­лу­чит­ся. Сей­час я во­вле­че­на в раз­ви­тие тан­це­валь­но­го ком­мью­ни­ти, ко­то­рое ин­те­ре­су­ет­ся ум­ны­ми тан­ца­ми. Они ста­ли моей фи­ло­со­фи­ей, че­рез ко­то­рую я по­знаю свою пред­на­зна­че­ние. По­это­му я и про­дол­жаю за­ни­мать­ся этим. Хотя это не так про­сто, как по­лу­чать зар­пла­ту в офи­се.


На­вы­ки для биз­не­са

Ко­гда я впер­вые со­би­ра­ла ма­стер-класс, то бес­ко­неч­но си­де­ла во «ВКон­так­те» и от­прав­ля­ла всем лич­ные со­об­ще­ния, за что меня по­сто­ян­но ба­ни­ли. По­сле это­го я по­ня­ла, что мне нуж­но изу­чить ин­тер­нет-ре­кла­му и ин­тер­нет-мар­ке­тинг. Я про­шла несколь­ко он­лайн-кур­сов по со­зда­нию сво­е­го сай­та и за­пус­ку ре­клам­ной кам­па­нии, изу­ча­ла по­треб­но­сти ауди­то­рии, уни­каль­ное тор­го­вое пред­ло­же­ние, учи­лась при­ни­мать пла­те­жи он­лайн. Я пы­та­лась это внед­рять, хотя у меня было очень мало вре­ме­ни и ма­лень­кий ре­бе­нок. Сна­ча­ла ни­кто не ве­рил, что у меня по­лу­чит­ся что-то за­ра­бо­тать. Сей­час у меня уже есть два со­труд­ни­ка, ко­то­рым я пла­чу зар­пла­ту, рас­пи­са­ние ре­гу­ляр­ных ма­стер-клас­сов, он­лайн-кур­сы и оф­флайн ме­ро­при­я­тия.

Пер­вый этап «Спон­тан­ной хо­рео­гра­фии» я так­же фи­нан­си­ро­ва­ла из до­хо­дов «Про Дви­же­ние», вкла­ды­вая туда при­быль от ма­стер-клас­сов. Сей­час я на­хо­жусь в ак­тив­ном по­ис­ке парт­не­ров, это для меня со­вер­шен­но но­вый во­прос. Я все вре­мя иду в неиз­ве­дан­ное — это на­вык, ко­то­рый при­шел ко мне из моих за­ня­тий тан­ца­ми. Им­про­ви­за­ция ста­ла од­ним из вос­тре­бо­ван­ных се­го­дня софт-скил­лов: шаб­лон­ные за­да­чи де­ле­ги­ру­ют­ся ро­бо­там и на рын­ке оста­ют­ся спе­ци­а­ли­сты, ко­то­рые де­ла­ют то, что ма­ши­ны не мо­гут. Ду­маю, мой про­дукт бу­дет ин­те­ре­сен ком­па­ни­ям, ко­то­рые от­ка­за­лись от ра­бо­ты по шаб­ло­ну.

Им­про­ви­за­ция в жиз­ни и тан­це

Со сме­ной ка­рье­ры в моей жиз­ни по­яви­лось боль­ше им­про­ви­за­ции. Ко­гда ты ра­бо­та­ешь на кого-то, то ко­неч­ная от­вет­ствен­ность все рав­но ле­жит не на тебе. Ты на­хо­дишь­ся в зоне без­опас­но­сти, но и про­стран­ство для дви­же­ний у тебя огра­ни­чен­но. В моем но­вом фор­ма­те жиз­ни го­раз­до мень­ше ста­биль­но­сти, но так­же го­раз­до боль­ше сво­бо­ды и про­стран­ства для кре­а­ти­ва. От­но­си­тель­но фи­нан­сов си­ту­а­ция та­кая: бы­ва­ют ме­ся­цы, ко­гда до­хо­да нет со­всем, а бы­ва­ют, ко­гда мой но­вый за­ра­бо­ток пре­вы­ша­ет уро­вень ста­рой зар­пла­ты.

Ко­неч­но, ко­гда воз­ни­ка­ют про­бле­мы, ни­кто не мо­жет ре­шить их за меня. Но у меня ста­ло мень­ше стра­хов. В тан­це-им­про­ви­за­ции у тебя все­гда есть ты­ся­ча ва­ри­ан­тов дви­же­ний, и это я пе­ре­нес­ла на ре­аль­ную жизнь. Стал­ки­ва­ясь с ка­кой-то труд­ной си­ту­а­ци­ей, я по­ни­маю, что у меня есть куча ва­ри­ан­тов, как мож­но вый­ти из это­го по­ло­же­ния.

Это боль­шая внут­рен­няя сво­бо­да — са­мо­сто­я­тель­но ре­шать свои про­бле­мы и по­лу­чать удо­воль­ствие от про­цес­са. По­это­му им­про­ви­за­ция для меня — это не про­сто дви­же­ние под му­зы­ку, а транс­фор­ма­ция, некий ду­хов­ный путь. Я чув­ствую, что моя мис­сия — до­но­сить эту ин­фор­ма­цию до боль­ше­го ко­ли­че­ства лю­дей.